— Приятного аппетита, — пожелал Ольгар, усаживаясь напротив.
Он поставил кулак на кулак и опустился на них подбородком, с интересом наблюдая за мной.
— Подавлюсь, — огрызнулась я.
— Нет, — основатель покачал головой. — Спрашивай, я буду отвечать.
— Что ждет моих родителей? — живо откликнулась я.
— Их поступок расценен братьями, как предательство, — спокойно ответил Ольгар, но добавил. — Я посчитал иначе, но мой голос в меньшинстве.
— И что будет? — ложка выпала из моих пальцев.
— Их потоки будут скрыты от них, — теперь в темно-синих глазах мелькнуло сожаление.
— Но ведь они умрут, — прошептала я, глядя перед собой невидящим взглядом. — Они же умрут! Ольгар, а Аллан?
— Орден вырастит твоего брата, — тут же последовал ответ. — Мы не будем настаивать на его вступлении в Воинство, но не откажем, если на то будет его желание.
— А я? — вопрос прозвучал глухо.
— Ты останешься здесь, — и вновь тень сожаления. — Так решили братья.
— А ты? — даже не заметила, как перешла на "ты". Почему-то мне вдруг стало важно узнать, что об этом думает именно мой собеседник.
— Я опять остался в одиночестве, — грустно улыбнулся магистр. — Мне очень жаль, Мэйгрид. Братья существуют ради сохранения мира. Они не злы, и не добры. Ими давно забыты человеческие страсти, они служат Свету.
— Да катитесь вы к Тьме! — выкрикнула я, бросая ложку в тарелку, и горячие брызги полетели во все стороны. — Ненавижу вас!
И снова спокойная, чуть грустная улыбка. И никаких ярко выраженных эмоций. Лицо магистра оставалось все таким же спокойным.
— Кто разбудил в тебе Свет, Мэйгрид? — спросил он.
— Сам проснулся! — снова выкрикнула я.
— Нет, должен был быть толчок. — Покачал головой основатель. — Что-то пробудило тебя.
— Я не позволю вам убить моих родных, — с угрозой пообещала я, усаживаясь на свое место.
— И все же, что пробудило тебя? — словно не слыша моих слов, продолжал Ольгар.
— Вы меня создали, вам и знать, — рявкнула я.
— Сколько эмоций, сколько жизни, — мечтательно произнес магистр, прикрывая глаза. — Как приятно слышать здесь жизнь… — Он помолчал, а потом сразил меня. — Не мы создали тебя. Мы пытались привязать тебя к источнику с рождения, чтобы ты росла, впитывая силу Света. Но после рождения привязки не было. Ни один поток не тянулся к тебе. Наш эксперимент провалился. Ты родилась самым обычным ребенком. Обласканной всеми родными и близкими, долгожданной, но совершенно обычной одаренной. К тому же твой уровень источника магии не унаследовал мощи твоих родителей. Мы даже не стали следить за твоим развитием. Хотя планировалось, забрать тебя, когда ты достигнешь пяти лет и растить в Воинстве.
— Что? — я ошарашено посмотрела на него. — Забрать у родителей?
— Маленькая плата за возможность быть рядом, — пожал плечами Ольгар. — Видеться вам не запретили бы, но росла бы ты и воспитывалась рядом с нами. Так что пробудило тебя, малышка Мэйгрид?
— Откуда я знаю, — я зло посмотрела на него. — Покинула отчий дом, переехала в академию, сменила круг общения.
Магистр снова покачал головой и пристально всмотрелся в меня. Затем вздернул бровь.
— Демон? Любопытно… Свет отреагировал на демона. — Ольгар даже со мной не разговаривал сейчас. Просто излагал мысли вслух, продолжая рассматривать меня.
— Если не вы, тогда, как во мне появилась эта сила? — я постаралась отвлечь основателя от пристального изучения себя.
Он пожал плечами и откинулся на спинку своего стула.
— Я вижу только два варианта. — Наконец, сказал Ольгар. — Твои родители, наполненные силой, передали тебе Свет при зачатии. Твоя матушка вынашивала тебя, уже будучи Воином. Но тогда и твой брат должен обладать этим даром. И второй, — магистр чуть задумался, — тебя одарил сам Свет.
Недоуменно взглянув на него, я даже снова принялась есть. Сам Свет? За что мне такая честь? С чего вдруг богу одаривать меня? Какая была в том нужда? Почему я? Что такого во мне, что привлекло бога? Скорей, верен первый вариант, но тогда они заберут и брата! Тьма! Они и так его заберут, лишив моих родителей потоков. Это замкнутый круг!
— Ты ищешь выход, — произнес основатель, следя за мной.
— И найду, — решительно заявила я, снова откладывая ложку.
— Чертоги закрыты. Не зная путь, отсюда невозможно выйти… как, впрочем, и зайти, — магистр поднялся из-за стола. Он направился к двери, но, уже взявшись за ручку, неожиданно вернулся назад и снова сел напротив. — Скажи… — Ольгар чуть замялся. — Что чувствуешь, когда любишь?