Икра оказалась вкусной.
— Манг солил, четвертый из нас, — пояснил девятый, и я вспомнила седоватого коренастого мужчину лет пятидесяти, на вид, конечно. — У нас у всех есть свои развлечения. Первый и самый важный магистр — Шорф, плетет кружева. Шикарнейшие вещи получаются. Может тебе целое платье сплести.
— А ты? — поинтересовалась я, увлекаясь едой.
— А я вчера стихи начал писать. Еще неловко получается, но я научусь. А до этого рыбалкой увлекался. А до этого крестиком вышивал. Тоже стал настоящим мастером. Могу твой портрет вышить.
А они, оказываются, еще люди. Но меня их соседство все равно не устраивает.
— А ты не боишься мне все это рассказывать? Я здесь долго засиживаться не собираюсь, — заявила я.
— Не, не боюсь, — отмахнулся Ольгар. — У нас иное соединение с источников. Мы на одном потоке. Убери одного из нас, и все лишатся доступа к источнику. Мы так решили. Уйдем вместе, когда в нас исчезнет потребность. Но пока мы нужны этому миру, мы существуем.
— Я здесь не останусь, — упрямо повторила я. Его откровенность мне не нравилась.
Он хмыкнул, глядя на меня, потер руки и взялся за тушеное мясо с овощами.
— М-м, — помычал магистр, прикрыв глаза, — ты положительно влияешь на нас, мясо у Манга вышло исключительным. Давно так не готовил.
— Где ты был сегодня? — сменила я тему, чтобы не разругаться с единственным человеком, с которым я еще могла разговаривать.
Ольгар приложил палец к губам, показывая, чтобы я помолчала. Взял в рот еще один кусок мяса и закрыл глаза, отсалютовав вилкой.
— Ух, ну, Манг, просто чудо, а не мясо. М-м-м.
— Ольгар!
— Тс-с. — Призвал он меня вновь к молчанию.
Налил вина себе и мне, я отрицательно помотала головой. Магистр заменил мне вино на сок, отпил из своего бокала и снова помычал, наслаждаясь вином.
— Великолепно. Я уж и забыл, каким это все может быть замечательным, — мечтательно произнес он.
Дальнейшая трапеза проходила в молчании. Только Ольгар время от времени издавал очередное восклицание. А когда насытился и промокнул рот салфеткой, поднял на меня веселый взгляд и сказал:
— А вот теперь можно и десерт. — Далее повторил уже знакомую фразу. — Требую расчет.
— Все блондины такие наглые? — мрачно спросила я, и магистр напомнил мне, с кем я разговариваю.
Он пристально взглянул на меня и расплылся в улыбке.
— Твой друг наглей. Нравы со временем портятся. Насильно я бы не стал целовать. Просто прошу об одолжении.
Я пристально вгляделась в него и сделала открытие:
— Ты ведь просто забавляешься, да? Тебе не нужен мой поцелуй. Ты же можешь его получить в любой момент, стоит лишь выйти к людям.
Ольгар состроил обиженную физиономию, а после снова расплылся в улыбке.
— Какая умная девочка. Уже получил. И ты оказалась права, аппетит приходит во время еды.
— Мне эти подробности ни к чему, — скривилась я.
— Я и не собирался рассказывать, — неожиданно серьезно ответил основатель. — А насчет, где я пропадал… Имей терпение. Потом сама все узнаешь. И запомни, тебе будет стыдно, что ты отказалась оплатить мою работу.
— Объяснись, — потребовала я.
Ольгар встал и направился к двери.
— Устал я. Спокойной ночи, — бросил он от дверей, и я сорвалась с места.
Он же что-то придумал, или мне кажется?
— Ольгар! — крикнула я. — Ольгар, постой! Ты что-то придумал? Моих родителей и дядю помилуют? Ольгар!
Основатель неожиданно развернулся, и я влетела ему в объятья. Все произошло так стремительно, что я даже не успела понять, в какой момент наши губы встретились. Ошеломленная, я застыла с распахнутыми глазами. Поцелуй длился короткое мгновение. Затем магистр отодвинулся и с улыбкой посмотрел на меня.
— Долги — это плохо. Нужно жить без долгов, кредиторы имеют свойство их требовать обратно. Теперь в расчете.
— Ну, ты и… — выдохнула я.
— Столько приятных эмоций за два дня, ты чудо. — Ольгар провел костяшками пальцев по моей щеке. — Спасибо, малышка Мэйгрид. Спокойной ночи и до завтра. У нас будет тяжелый день.
Дверь за ним закрылась, а я разразилась ругательствами. Все блондины одинаковые! Нет, ну, это же надо?! Отец-основатель… Наглец! Древность блондинистая… Я вернулась к столу и сердито плюхнулась на стул. На столе остался мой не выпитый сок и вазочка с фруктами и пирожными. Прихватив и то, и другое, я направилась к своей кровати. Поставила вазочку на туалетный столик, который придвинула поближе, и забралась на кровать с ногами, скрестив их.