— Ч-щем и горжус-сь, — не испугался змей.
Я подошла сзади и уперла руки в бока, меряя дядю гневным взглядом.
— Карнаг ухаживал за Деннд? — грозно вопросила я.
— Все когда-нибудь за кем-нибудь ухаживают, — ответил дядя, не сводя взгляда с невозмутимого змея.
— Он предлож-шение-с Катин с-сделал-с, а тут-с наш пос-стрел-с, — продолжил сдавать Воина Света потусторонний змей.
— Да помолчишь ты сегодня или нет, скотина ты холодная? — возмутился лорд Бриннэйн.
— Нет-с, — честно ответил Чудик.
— Значит, из-за твоих зажиманий профессора под дверями аудитории, она жениху отставку дала, — резюмировала я. — А он узнал, что мы не чужие люди. А потом еще и Крис, а он увидел… Ну, теперь мне все ясно.
— А он-с ещ-ще за асс-сис-стенткой алхимика-с-с волочитьс-ся, — сказала Чудик возведя глаза к потолку.
— Заткнись, заткнись уже, — начал приходить в ярость дядя.
— Ну, теперь понятно, почему я дядюшку видеть стала раз в неделю. Где в таком плотном графике время на маленькую меня найти…
— Ты не маленькая, тебе семнадцать лет, — ядовито огрызнулся дядюшка.
— А тебе сто пятьдесят, и что дальше? — ехидно вопросила я. — Дядя, нам серьезно поговорить. Твоя любовь к женщинам мешает мне учиться.
— У-у-у, — взвыл лорд Бриннэйн и страдальчески произнес. — Мне нужно выпить.
— Яда-с? — осклабился Чудик.
— Убью тебя когда-нибудь, предатель, — прошипел дядюшка и исчез в портале.
Мы переглянулись с Чудиком и весело расхохотались. Не успели мы со змеем поболтать-посплетничать, как снова сверкнул портал. Лорд Бриннэйн, суровый и восхитительно-грозный, подошел к нам, сердито чеканя каждый шаг. Он остановился напротив, сложив руки на груди, и обвел по очереди нас со змеем испепеляющим взглядом. Я открыла рот, собираясь снова съехидничать.
— Молчать, — рявкнул дядя. — Не вздумай, — пресек он и попытку змея высказаться. — Все замерли и слушают меня. Змеище, марш к дверям, и чтоб ни одна живая душа мимо не проскочила. Мэй, молча и не раздражая меня, ждешь дальнейших указаний. Все ясно?
— Да-с, — хмыкнул Чудик и растаял в воздухе.
Я вытянулась по струнке, поджала губы, чтобы не рассмеяться, и возвела глаза к потолку. Дядя заложил руки за спину, прошелся передо мной туда-сюда, развернулся на каблуках и посмотрел на меня.
— Мэй, — уже мягче позвал он, — давай договоримся, мои отношения с женщинами, это мои отношения с женщинами, и тебя они никоим образом не касаются.
— Касаются, дядя, еще как касаются, — ответила я, перестав пялиться в потолок.
— Не касаются, — жестко отрезал дядюшка.
— Касаются, — я начала заводиться. И теперь мы стояли друг напротив друга, скрестив взгляды. — Из-за твоих шашней с Деннд, Карнаг мне два месяца жизни не давал, а недавно вообще назвал самкой тролля. А я еще гадала, что я ему сделала?
— Что? — дядин рев отразился от стен и потолка, обрушавшись на нас оглушающей лавиной.
— Ш-што тут у вас-с? — поинтересовалась клыкастая голова в фуражке, просунувшаяся в дверь.
— В порошок сотру, — прошипел дядя, сверкая глазами. — Почему раньше молчала?
— Во-первых, я не думала, что антипатия этого преподавателя связана с тобой, — спокойно ответила я. — Во-вторых, не все проблемы я должна решать с помощью любимого дядюшки. А в-третьих, декан Диармэд уже провел беседу с господином Карнагом, и он передо мной извинился. Сейчас мы с ним общаемся спокойно, и твое вмешательство все испортит. Потому прошу воздержаться от того, что ты собираешься делать.
Лорд Алаис одарил меня мрачным взглядом, я глаз не отвела, и он тяжело вздохнул:
— Прости, любимая, меньше всего мне хотелось доставить тебе неприятности. Кто же знал, что этот слизняк на тебе будет отыгрываться. Меня он мелкими пакостями достает, в морду бить отказывается, я сам предлагал, чтобы успокоился.
— А что говорит профессор? — полюбопытствовала я.
— Катин душка, — улыбнулся дядюшка. — Она меня использовала. — В его словах даже какая-то гордость прозвучала. — Чтобы от женишка избавиться использовала, а потом дала от ворот поворот. Ну, я не сильно-то и настаивал. — Его лицо опять страдальчески скривилось. — Мэй, счастье мое, ну, можно я не буду с тобой о женщинах разговаривать? Мне, правда, очень неловко.
Я подошла к нему и обняла. Мне вот тоже неудобно было выслушивать все, что говорил Карнаг при всем курсе. Хорошо, у меня завистников нет… вроде, так не прилипло ко мне, а то ходила бы сейчас троллихой.
— Эх, дядя, что вам, мужчинам, без всех этих обниманий-целований не живется? — философски вопросила я. — Да и вообще вашу мужскую логику не поймешь. То тайно приятное делаете, записки пишете, а как узнаешь, кто, так сразу "держись от меня подальше". Вот, где тут логика, дядюшка? Или же договоришься — друзья, а он тебя уже невестой называет. — Я тоже тяжело вздохнула. — И как вас понять?