— Это что ж такое, мисс Хэн! Я отцу пожалуюсь!
Либо Джерри, не выдержав, тявкал, и Джош бежал с дальнего конца огорода, где сеял что-нибудь или убирал капусту, посмотреть, что за воры забрались в сад. Но поздно — Тедди, Том и Хэн уже удирали сломя голову, а за ними по пятам с лаем несся Джерри».
Школа, в которую я теперь ходила, мало чем отличалась от прежних. Уроки вела «приятная, немолодая уже дама, имеющая на руках вдовую старушку-мать». Добродушные жители городка не задавались вопросом, подходит ли она для роли учительницы. Пусть школа не вполне соответствовала своему назначению — с них было довольно, как они говорили, и того, что «детишки не путаются целый день под ногами и не озорничают».
Примерно в это время меня стало интересовать, зачем отец каждый день ездит в город. На мой вопрос отец ответил: «Я езжу на работу, чтоб у всех у вас были башмаки».
Естественно, когда ребята в школе стали обсуждать, чем занимаются их родители, я гордо объявила: «А мой папа — башмачник». Это дошло до отца с матерью. Они посмеялись и объяснили мне, что отец — редактор «Дейли телеграф» в Лонсестоне и пишет статьи в газету, чтоб заработать на башмаки для меня и для братьев. Я была глубоко разочарована и расстроена. Писать статьи — что в этом интересного? Другое дело — башмачник...
Потом в ответ на мои назойливые расспросы отец назвал и профессию дедушки. Я понятия не имела, что такое аптекарь, но звучало это внушительно, а доискиваться смысла не стала — наверное, боялась еще одного разочарования.
Во всяком случае, мне доставляло большое удовольствие говорить ребятам в школе: «А мой дедушка был аптекарь!»
Много лет спустя я узнала от отца, что дедушка Причард потерял уйму денег, пытаясь доказать в суде свое право на наследство Причардов. Возмущенный и озлобленный неудачей, он решил переселиться в Австралию. Позднее он ни словом не упоминал об этом наследстве, не желая, чтобы его сыновья тратили попусту время и деньги на тяжбы в погоне за этим мифическим богатством.
Родители отца состояли в каком-то родстве с сэром Томасом Лоуренсом. Считалось, что мы с сестрой очень похожи на портрет двух внучек Лоуренса, написанный им самим, и отец даже купил гравюру с этого портрета. Сомневаюсь, чтобы я когда-нибудь выглядела столь же серьезной, как маленькая темноволосая девчушка, изображенная на портрете, но Би действительно была похожа на младшую — та же простодушно-радостная мордашка, такие же светлые, волнистые волосы. Да и поза, в которой девочек изобразил художник, была бы вполне естественна для нас с Би. Я очень любила свою хорошенькую сестричку и всегда относилась к ней восторженно и покровительственно.
Большим событием в моем детстве было знакомство с капитаном третьего ранга Кроуфордом Паско, офицером королевского военного флота, который приехал к нам погостить. Кэп Паско, как мы его звали, был маминым крестным отцом. Мама родилась в его доме в Уильямстауне, штат Виктория.
Бабушка Фрейзер и кэп Паско были давними друзьями. Первое время после приезда в колонию семья Фрэйзер жила у него. Кое-что о пребывании кэпа Паско у нас на Тасмании я рассказала в книге «Буйное детство Хэн». Он был тогда стариком, но я до сих пор помню, как он рассказывал нам о сражениях с даякскими и китайскими пиратами, о плаваниях вдоль западных берегов Австралии, о том, как он составлял карты тогда еще почти не исследованных морей. Приставая к берегу, чтобы запастись пресной водой, он знакомился с аборигенами, и они относились к нему с любопытством, но очень доброжелательно, зато потом, через много лет, те же племена встретили его враждебно; очевидно, побывавшие здесь за это время белые оставили по себе недобрую память.
Юношей капитан Паско плавал на «Бигле» — еще в те давние дни, когда с Чарлзом Дарвином на борту это судно исследовало берега Тасмании. Помню захватывающий рассказ о кораблекрушении у берегов необитаемого острова и о том, как кэп Паско привязал к длинной палке свою рубашку в надежде, что какое-нибудь судно окажется поблизости и заметит этот сигнал бедствия. И действительно, когда кэп Паско и его товарищи уже умирали, неподалеку от острова показался корабль, сбившийся с курса из-за муссона. Рубашку кэпа заметили, и несчастных спасли. А остров в честь этого события получил название Острова Рубашки.
И еще кэп Паско с гордостью рассказывал, что его отец, адмирал Паско, был флаг-офицером Нельсона в битве при Трафальгаре и по его предложению была изменена формулировка знаменитого обращения Нельсона: «Англия надеется, что каждый выполнит свой долг». Первоначальный текст, составленный Нельсоном, требовал большего числа сигнальных флагов, поэтому предложение Паско было принято. Помню, отец слушал эту историю посмеиваясь, а потом сказал нам: «А гардемарин Поллард, который убил француза, стрелявшего в Нельсона, был племянником вашей бабушки!»