- Оу, спасибо. А ты... - она взглянула на девушку и встретила взгляд уже знакомых зеленых глаз, - сестра Эрика, да?
- Да, верно, Вирджиния Скайсн. Можешь звать меня просто Вирджи.
- Очень приятно, - она улыбнулась, впервые говоря эту дежурную фразу искренне. - Тогда для тебя я Ави.
В этот момент дверь открылась, и в зал вошли четверо. Впереди шел высокий сухой мужчина в строгом сером костюме и с тростью в руках, которую легко можно было спутать с ним самим - такой он был худой. Каждый его шаг она сопровождала угнетающим скрежетом о холодный мрамор пола. В какие-то моменты, когда мужчина особенно сильно сжимал челюсть и на его хмуро-ехидном лице начинали ездить желваки, Ави вдруг приходила в голову мысль, что этот противный звук издает он сам, а не его аксессуар.
Чуть сзади цокала своими шпильками дама с мелко завитыми русыми кудрями, уже успевшими засалиться, обвиснуть и превратить ее голову в один большой грязный одуванчик. Стебельком этому незадачливому цветку служила тоненькая угловатая фигура, обтянутая серым платьем. На ее длинных пальцах, запястьях, ушах, шее и везде, где только можно, болезненно-желтым цветом блестело золото. Но сколько бы она ни пыталась этим сделать себя привлекательнее, пустой взгляд ее голубых глаз обрубал на корню все ее старания и лишь нагонял холод.
Справа от нее семенила ножками сухенькая старушонка, ее мать, в темно-синем платье и белой шали с бахромой. Несмотря на свои сто с лишним лет, она удивительно бодро передвигалась, успевая смерять всех по очереди пронзительным взглядом своих смолянисто-черных глаз-щелочек.
Последней шла девушка лет шестнадцати. Уже по внешнему виду она никак не подходила к своей семейке сушеных вобл. Гладкие светлые волосы, забранные в пучок, пухлые алые губы, большие голубые глаза - все это делало ее похожей на милую куколку из лавки игрушек. Теперь в этом зале все взгляды были обращены на нее.
- Проходите, проходите, заждались мы вас, - произнес Витольд, вставая из-за стола и подходя к гостям.
- Вирджи, - тихо позвала Ави, - а кто это?
- Это Готфилды, самый богатый и знатный род среди солеев, после нашего, конечно. Они приехали к нам погостить ненадолго. Это премерзкая семейка, исключая старшую дочку Эмели. Она просто душка, -прошептала Вирджи.
- Доброе утро, Витольд, - произнес Геральд Готфилд, пожимая руку хозяину замка, - Элеонора, сегодня вы выглядите просто великолепно, - он поцеловал руку, с нисхождением протянутую брюнеткой в красном.
- Ваша мать и правда очень красивая, - прошептала Ави.
- Эта? Наша мать?! Не дай Солнце! - отозвалась Вирджиния. - Это мадама отца. Надо же было ему выбрать такую сволочь! Поверь мне, в этом ангельском теле сидит душа дьявола. Только смотри, не ссорься с ней. Она директор школы, - сказала она на одном дыхании.
- Буду знать, - мрачно пробормотала Ави в ответ.
- Садитесь, прошу к столу, - заискивающе произнес Витольд.
Единственное, что обрадовало Ави в приезде Готфилдов, так это то, что теперь все были в сборе и завтрак начался. Наконец-то можно было накинуться на завораживающе аппетитные вкусности.
- Госпожа Готфилд, как вам спалось? Не мучила ли вас бессонница, как то обычно происходит? - спросил Витольд больше из вежливости, чем из интереса.
- О, к счастью, нет. Я спала, как убитый мамонт, - прошамкала старушонка, накладывая к себе в тарелку пятый эклер.
Ави прыснула, спрятав улыбку в чашке кофе с корицей. Все остальные с каменно-спокойными лицами продолжили чинно пилить ножичками тарелки.
- А вам, мадам? - спросила Элеонора женщину в сером, избавляя Витольда от этой обязанности.
- Благодарю за беспокойство, я спала хорошо, - ответила она, заправив за ухо один из сотни выбившихся локонов.
Ави закатила глаза. Эти бессмысленные разговоры, ради приличия высосанные из пальца, ужасно ее раздражали.
- А как вам здесь, мадемуазель Готфилд?
- Признаюсь, вчера вечером мне было скучно, - произнесла Эмели с французским акцентом. - Рада была бы почитать какой-нибудь роман, но, к сожалению, не знаю, где здесь у вас библиотека.
- О, это не проблема, Эмели. Попросите Эрика, он вас с удовольствием проводит.
- Мерси, - поблагодарила Эмели и положила на тарелочку крошечный кусочек сыра.
"Ну, фигура сама за собой не проследит, - подумала Ави, глядя на мадемуазель Готфилд. - Надо бы, пожалуй, и мне остановиться. И так ляжки вон какие!"