Достав из холодильника закрытую кастрюльку, высыпала содержимое в тарелку и поставила в микроволновку. Это оказалась паста с брокколи под сливочным соусом. Мы с мамой обожаем этот овощ, не понимаю как многим он может не нравиться! "Дзынь", достаю ужин и сажусь за стол в одиночестве. Окинула взглядом просторное, играющее роль кухни и столовой, помещение, выполненное в стиле кантри. Кухонный гарнитур из дубового массива завершался островком с высокими стульями. Никаких баночек, тарелочек, вазочек и прочего декора, все очень функционально - подставка для специй и ножей. Вымыла тарелку чтобы не нарушать этой стерильной идиллии, как на мамином операционном столе. В доме всегда была борьба хаоса и порядка, и стоило мне переехать, последний восторжествовал.
Порыскала в шкафчиках в поисках какао. Нашла. Ложка звонко звучит по стенкам кружки, а я с закрытыми глазами вдыхаю любимый шоколадный запах. Перемещаюсь в гостиную, захватив с собой мобильный. Он разрядился, а зарядки с собой у меня нет. Не стоит даже пытаться искать ее здесь, у мамы другая модель, а "Держать лишнее в доме - захламлять пространство" - голос матушки отчетливо прозвучал в голове, вызвав улыбку. Ничего страшного, ведь будильник ставить не нужно, завтра выходной.
В гостиной царит такая же хирургическая чистота, как на кухне. Свежевыстиранный, кристально-белый ковер, стеллажи с полками книг, аккуратно подобранных по размеру. Диван и кресло без вмятин, похоже на них давно никто не сидел. При мне дом был уютнее и теплее, сейчас он будто мертв. Словно вся мебель - это декорации, и никто на самом деле здесь не живет. Забравшись с ногами в кресло, щелкаю каналы в поисках чего-либо интересного. Снова в гостях у Малахова провинциальные соседи, не поделившие наследство, у Соловьева политические дебаты на повышенных тонах, по СТС Воронины, по ТНТ Дом-2, переключаю на какой-то кабельный канал - идет фильм с Эштоном Кутчером в главной роли.
Допиваю остывшее какао, и меня начинает клонить в сон. Выключаю телевизор и выхожу из комнаты. В нерешительности застываю у первой ступеньки лестницы. Я уже очень давно не ночевала в своей спальне. Желания идти туда не было никакого, поэтому я развернулась и направилась в гостевую спальню, располагающуюся на первом этаже. Свет не включаю, снимая одежду в темноте. Бросаю взгляд на кровать: странно, покрывало слегка помято, подушки лежат над ним, а не заправлены. Необычное упущение мамы, которая имеет маниакальное стремление к порядку. И почему она спит в гостевой, а не в своей комнате. Тревожное ощущение не покидало меня, пока я, накинув тоненький халат, шла в ванную. Сбросив его, встала под душ. Подставила лицо прохладным струям, пытаясь отогнать навязчивые мысли, что что-то тут не так. Наверное, я просто накручиваю, хотя шестое чувство еще ни разу не подводило. Завтра утром поговорю с матушкой, если что-то случилось, она обязательно поделится со мной. Вытирая волосы полотенцем, мне показалось, что я слышала звук входной двери. Вот, она уже пришла, значит разговор состоится раньше, и все мои сомнения улетучатся. Запахнув халат, выхожу из ванной, продолжая сушить волосы полотенцем. Гостевая спальня находится как раз перед ванной. Брошу полотенце и сразу поспешу встретить мамочку, ведь мы не виделись уже около двух недель.
На пороге застываю. Полотенце с глухим звуком падает на пол. Высокая мужская фигура в полумраке спальни оборачивается. От ужаса у меня округляются глаза и я открываю рот, чтобы закричать. Мужчина опережает меня и затыкает его ладонью. Вопль, вырвавшись натыкается на преграду. В панике пытаюсь махать руками, но тщетно, он с силой прижимает к себе, и я не могу пошевелиться. Страх, словно токсин парализует мое тело, и я замираю как вкопаная. Вдруг в голове становится пусто, будто все мысли разом испарились. Я, зажмурив глаза, падаю в пустоту.
Глава 3
Мне стоило неимоверной силы воли, чтобы вернуться в действительность. Нет, я так просто не сдамся, если умирать, то в борьбе за жизнь! Подняла колено, с целью поразить самое уязвимое мужское место, но он увернулся.
- Да успокойся же ты наконец! - этот голос...
- Что-о-о?! - мой рык раскатом прокатился по дому. Осознание кто напугал меня до полусмерти было подобно ведру ледяной воды, вылитой на голову. Теперь я не боялась, нет. Я злилась, как стая питбулей, которых месяц не кормили. Тяжело дыша, сжала ладони в кулаки.