— Ты его рекомендуешь? — подняв бровь, спросил мужчина.
— Я ручаюсь за этого смелого и решительного человека.
— Знаешь, а я вот уже не стал бы за тебя ручаться, странным ты вернулся из похода. — глядя прямо в глаза Алистера, проговорил Первый Мастер. — Но хорошо, я приму твою рекомендацию и передам мастер–паладинам, чтобы обратили внимание на твоего протеже, когда будут избираться новые члены нашего ордена. Представь им его, чтобы они были в курсе.
— Слушаюсь, господин. Я рассказал вам всё, что мог. Мы можем удалиться?
— Да, у меня вопросов больше нет. Возвращайся в свой отряд, а твоя гостья, — Первый Мастер жадно смотрел на медный медальон женщины и округлости под ним, — может оставаться в замке сколько пожелает.
— Благодарю, господин. — Алистер поклонился головой и встал из–за стола. Вслед за ним встали и его спутники, направившись к дверям.
— Алистер! — раздался крик за спиной паладина, когда Мовиграна уже вышла из комнаты. Он повернулся к своему начальнику. — А ей всё же стоит начать преклонять свои колени. — ухмыляясь во весь рот, проговорил Первый Мастер, махая вверх–вниз кистью с собранными в цилиндр пальцами.
Паладин коротко кивнул и быстро покинул кабинет.
Глава 2 ч.6 Вероломство и предательство
Алистер со спутниками в полной тишине спускался по лестнице, отстукивая каблуками каждую ступеньку. Дойдя до этажа, на котором находились гостевые покои, паладин отправил оруженосца вниз, а сам пошёл с Мовиграной в её комнату.
Не успела закрыться за собой дверь, как паладин тут же вскипел.
— Да ты хоть представляешь, что я сейчас ему наговорил?! Да это же звучало как самый настоящий бред! — Алистер начал махать руками, потеряв контроль над эмоциями, но женщина не обратила внимание на этот перформанс и спокойно подошла к окну. — Сейчас меня будут считать идиотом! Я могу забыть о каком–либо продвижении по службе лет на пять!
— И это всё, что тебя волнует? — спокойно, но холодно спросила Мовиграна, глядя в окно.
— Конечно!.. — срефлексировал мужчина и сразу одумался. — То есть, нет, конечно же. Славизем мне важен и дорог, но я не только не помог Славизему, но ещё и себя закопал!
— И ты винишь в этом меня?
— Ну а кого ж ещё?! — эмоции вновь взяли верх.
Женщина повернула голову и, прищурившись, посмотрела в глаза Алистера. В этот момент мужчина понял, что в гневе его изрядно занесло.
— Ну… Нет!.. Не то чтобы виню… Но как это ещё выглядит?!
— Ты хочешь сказать, что не веришь мне?
— Верю, но…
— Лжёшь. — прошипела женщина.
— Нет!.. Да!.. Лгу! Да, я не верю во всю эту чушь!
— Раз так, о чём тогда мы говорим? — Мовиграна сложила руки на груди.
— Я не знаю!
— Мне уйти?
— Нет!
— Чего же хочешь ты?
— Не знаю! — выкрикнув, Алистер опёрся на дверь и рухнул на пол, схватившись за голову.
Мужчина смотрел в пол, сжимая голову обеими руками и покачиваясь взад–вперёд. Алистер чувствовал отчаяние и злобу, он хотел бы повернуть время вспять, чтобы не позориться перед начальником, не встретить женщину–дикарку, не повести отряд в лес. Ему хотелось выглядеть достойно, а в итоге — идиот. Ему хотелось гордо вернуться в замок с чувством выполненного долга, а пришёл как сумасшедший, как те самые пророки–еретики, с которыми он и шёл сражаться. Алистер чувствовал на себе гнетущий укор, с которым взирал на него Первый Мастер, и смех, который тот бросил ему в лицо.
В комнате повисла мрачная атмосфера. Мовиграна немного постояла у окна, разглядывая закатывающееся солнце, а затем развернулась и подошла к паладину. Взяв стул возле трюмо, она поставила его спинкой к двери и села, разведя ноги по обе стороны, облокотившись на спинку руками.
— Чего на самом деле хочешь ты, паладин? — мягко начала женщина.
Мужчина напрягся, набирая воздуха для ответа.
— Я не хочу быть опозоренным. — сдавлено ответил Алистер.
— Тебе важно, что о тебе другие думают?
— Да, но не все. Мне важно мнение тех людей, которые влияют на мою жизнь, моё положение.
— А я влияю на твою жизнь?
Он поднял голову, не отводя от рук.
— Ты? Я не знаю. Наверное, да… Ты спасла меня. — перебирая слова в голове, ответил Алистер.
— Но ведь из–за меня ты в грязь лицом ударил пред начальником своим. — слегка наклонив голову вперёд, проговорила женщина, смотря на собеседника сверху вниз.
— Нет. Не из–за тебя. Просто… просто я не знаю, что сказать.
— Ответь, важно́ ль тебе, что я о тебе думаю?
Паладин не спешил отвечать.
— Думаю, что да. Теперь уже да, потому что ты точно знаешь, что я не идиот и не сумасшедший.