— Алистер! — голос Первого Мастера прозвучал резью на сердце, паладин медленно повернулся. — Сражайся доблестно, пади в бою как небесный воин, и хотя бы в этом не опозорь нас.
Алистер ничего не ответил, выходя последним из окружения небесных воинов, братьев по оружию, братьев по духу. Он знал, что завтра они будут злейшими врагами на поле боя. Завтра умрут они, или умрёт он.
Глава 3 ч.3 Кровавые сумерки
Вернувшись в лагерь, Радомир вместе со всей свитой сразу направился в штаб для разработки плана битвы.
— Что произошло? — взволнованно спросил Сновид, видя как в шатёр под руки заводят Радомира.
— Первый Мастер снёс ему челюсть. — ответил идущий следом ворсуньский военачальник Онагост.
— Он нарушил переговорные правила? — возмущённо начал Изяслав. — Они там что, одичали уже совсем?
— Нет. Регент спровоцировал Радомира и он не сдержался, выхватив меч. Первый Мастер удобно воспользовался этой возможностью и сделал такую подлость.
— Вот же черти! — возмутился Сновид.
— Это бесчестно! Давайте сейчас же выступим и покараем наглую сволочь! — яростно прокричал Духовлад, выхватывая свой меч.
— Поумерь свой пыл, юнец. — осадил его Изяслав. — Сначала нужно разобраться, чем мы располагаем и какие у нас шансы.
Радомира усадили в угол и к нему тотчас подошли лекари. Мужчина громко стонал, содрогаясь от боли, пока ему накладывали тугую пращевидную повязку, фиксируя нижнюю челюсть.
Все обсуждения остановились до тех пор, пока лекари не разрешили князю встать.
Главнокомандующий Радомир медленно подошёл к князьям и с силой вдарил кулаком по столу, издавая пугающее рычание. Его мокрые глаза с ненавистью смотрели на карту. Он нависнул над столом и злобно ткнул в центр карты, а затем резко провёл рукой в западном направлении. Издав ещё один пронзительный вой, Радомир провёл большим пальцем по своей шее и громко стукнул кулаком в ладонь.
Все молча смотрели на него и не понимали, что происходит.
— Что ты хочешь нам сказать? — с недоумением в голосе спросил Тихомир.
Радомир начал мычать и размахивать руками.
— Господа, — неуверенно начал Онагост, — мне кажется, что главнокомандующий хочет сказать, что нужно любой ценой добраться до столицы и вздёрнуть регента на виселице.
Онагост покосился на Радомира и тот одобрительно ему кивнул, похлопав по плечу.
— Тогда давайте разрабатывать план, друзья. — Тихомир провёл рукой над картой. — Градимир ещё не подошёл, к нему послать гонцов?
Радомир что–то громко промычал и стукнул по плечу своего военачальника.
— Мне рассказать? — Онагост кивнул на немую просьбу своего господина и продолжил. — Градимир не будет участвовать в битве ни на нашей стороне, ни на стороне регента.
— Ты же говорил, что Градимир будет на нашей стороне! — Сновид выкинул правую руку в сторону Радомира.
— Мой господин не знал, что Градимир имел ввиду под словами «приду к месту сражения». Князь Градимир не смог определить свою сторону в нашем конфликте. Он был на переговорах, но покинул их на середине, изъявив желание остаться в стороне.
— Получается, что он предатель? — презрительно произнёс Тихомир.
Радомир отрицательно покачал головой.
— Мой господин так не считает. Градимир не давал твёрдого обещания, говоря о другом.
— Раз Градимир кинул нас, то мы… очевидно, мы в заднице. — угрюмо произнёс Изяслав.
— Подожди, Изяслав, ещё не всё потеряно. — проговорил Сновид.
— Да! — бойко вмешался Духовлад. — В конце концов, мы тут все не лыком шиты, да не пальцем пиханы!
— Давайте к сути, по́лно уже бравировать. — Изяслав сменил тон на серьёзный. — Итак, чем мы располагаем? У нас есть восемнадцать тысяч против двадцати одной Всеволода, считая небесное воинство.
— Нам нужно сломить их мощным лобовым ударом! — звонко выступил Духовлад.
— Заткнись, сопляк! — резко ответил Изяслав. — У нас ужасное положение, Радомир. Мы рассчитывали на Градимира, и что теперь?
— Ещё не всё потеряно, брат. — вмешался Тихомир. — Мы можем упереться в оборону, максимально усилив центр. Тогда мы встретим паладинов грудью и не дадим сломить наши порядки.
— Но удар небесной конницы ещё никто не выдерживал с момента основания ордена! — в словах Изяслава сквозил скепсис к возможным шансам на победу.
— С момента основания ордена, брат, не было таких масштабных битв.
— А что если попробовать их окружить? — вступил в беседу Сновид. — Скажем, мы положим на живот три тысячи бойцов в шагах семистах, а когда регент увязнет на центре, мы поднимемся и зайдём в тыл.
— К тому моменту он уже сломит наш центр, Сновид. — отмахнулся Изяслав.