— Будет ушиб, не страшно.
Мужчина робко накрыл одеялом свою спутницу.
— Надеюсь, что утром ты никуда не исчезнешь. — с лёгкой улыбкой проговорил паладин и вышел из палатки.
Алистер собирался вернуться через некоторое время, чтобы посмотреть, как она спит, но внезапно накатившая сонливость разрушила весь план. Стоило ему только сесть возле огня, как он тут же погрузился в глубокий сон, завалившись набок.
Утро ознаменовалось звуком сигнального рожка. Алистер раскрыл глаза, ожидая вновь почувствовать тяжёлое и разбитое состояние, которое уже целый месяц преследует его по утрам, но нет. К его удивлению, он проснулся бодрым и со свежей головой.
Паладин поднялся на ноги и, преисполненный предвкушения, первым делом заглянул в палатку.
Вот она. Спит. Он не мог себе нарадоваться, медленно подходя к спящей под одеялом женщине.
— Мови… — тихо прошептал Алистер, легко дёргая женщину за плечо. — Уже утро, Мови.
Мовиграна медленно повернула к нему голову и чуть улыбнулась.
— Я поняла. Встаю.
Она откинула одеяло и быстро поднялась на ноги. Женщина закинула руки за голову и распустила чёрные волосы, которые сплошным полотном упали ей за спину.
— И что это? — с непониманием спросил Алистер.
— Причёску делаю. — держа в зубах палочки, ответила Мовиграна.
Женщина резко наклонилась вперёд, выбрасывая вперёд волосы. Она собрала аккуратный хвост на затылке, после чего выпрямилась и обвязала его тонким шнурком. Затем в несколько ловких движений она закрутила хвост вокруг основания и начала вставлять в него палочки, что оказались резными заколками.
Алистер полностью погрузился в это зрелище, чувствуя как по телу пробегают мурашки.
— Идём, — женщина покончила с причёской и проверила свой нож за поясом, — у нас мало времени.
— Это было красиво. — растерянно ответил паладин.
Мовиграна обошла его и вышла на улицу, паладин поспешил за ней.
— Что ты будешь делать?
— Я должна отобрать животных.
— Тебе сейчас нужно дать людей?
— Да. И чем раньше, тем лучше.
Паладин решил направиться сразу к военачальнику Онагосту и не прогадал. Воевода охотно согласился выделить для этого дела двенадцать человек и предоставил карт–бланш на любых животных в обозе, кроме лошадей. Ни одного вопроса от него не прозвучало, что очень обрадовало паладина.
Алистер заметил на руке женщины украшение ‒ янтарный браслет из крупных камней. Мовиграна оседлала своего коня, на котором был прикреплён кривой, окованный бронзой, посох, с огромным янтарём в навершии.
Расспросить об этой причуде у паладина времени не оказалось ‒ дикарка сразу повела свой отряд к обозу, выбирать животных.
Прекратив летать в облаках, Алистер взял себя в руки и настроился на грядущий бой.
Меч, который принесла ему Мовиграна, был и вправду великокняжеским. Алистер видел его всего лишь дважды за всю свою жизнь. Но оглядев внимательнее эфес и навершие, он понял, что видел его не дважды, а трижды! Вчера, во время переговоров, он видел эту же рукоять и яблоко; этот меч торчал из ножен Всеволода!
«Она стащила меч у Всеволода? Вот так женщина! — восхитился паладин и тут же пришёл в ужас. — У Всеволода?! Что она делала у Всеволода? Что всё это значит?!!»
Заметив, что он снова мечется в мыслях аки дикий зверь в загоне, Алистер тут же принялся себя успокаивать, стараясь переключить мысли на что–то более важное.
Паладин подозвал своего оруженосца. С горем пополам юноша смог проверить все застёжки и ремешки под чутким руководством господина.
Алистер проверил своего скакуна, которого он угнал из Ружанского замка. Благо тут оруженосец поработал на славу, заранее правильно надев седло и сбрую.
Паладин не стал менять коня, потому что только у небесного воинства была выведена особая порода крепких и выносливых лошадей, способных стремительно нести в бой закованных в металл мужчин.
Алистер залез в седло и вооружился кавалерийской пикой, закрепив ножны одноручного меча на поясе. Ему пришлось оставить свой двуручник в лагере из–за невозможности его применения в бою верхом.
Весь лагерь ходил ходуном, создавая громкий шум на сотни шагов вокруг. Всюду сновали воины, гремело снаряжение, ржали кони и выкрикивались приказы.
Во всём этом хаосе Тихомир разыскал Алистера и привёл к своим дружинникам, где паладин вновь провёл инструктаж и сказал воодушевляющую речь.
Тут же находился отряд с сифонофорами, возле которых мухами всё крутились и крутились Лангард и Казанец; изобретатели что–то бесконечно проверяли и каждую секунду раздавали указания своим подчинённым. Здесь паладин тоже уделил время, ещё раз подробно всё оговорив.