Лёгким движением руки Софи раздёрнула штору, и Клэр увидела…
Мужчину в круглых очках, не похожих на те, что делают мастера Ардена, и женщину, кудрявые волосы которой были забраны в высокий пучок.
– Папа! – воскликнула Клэр. – Мама! – И вот уже она летит через всю комнату, бросаясь в объятия родителей.
– Клэр! Клэр! – Они крепко обнимали её вместе с Софи: один большой узел из слёз счастья, смеха, вопросов и любви.
Семья Мартинсон воссоединилась вновь.
Глава 30
В день инаугурации Надии Мартинсон было ясно, светло и холодно. Но Клэр в её многослойном наряде цвета розовых лепестков, небесной синевы и золота нисколечко не замёрзла. Возможно, всё дело было во вплетённых в него согревающих нитях – маленьком знаке внимания, оказанном её прядильщиками и кователями. Но в то же время всё дело могло быть в гордости, которую она испытывала, наблюдая, как Надиа приветствует четырёх магистров. Достопочтенные жители Ардена прошествовали в середину кольца из камней, некогда окружавших каменные изваяния единорога и королевы.
Нэт рядом с ней чуть ли не подпрыгивал на цыпочках.
– Говорила тебе надеть плащ потолще, но нет, – буркнула Сена краешком губ. Рыжие волосы ковательницы заплели в изящные косы, уложив их на голове короной, но её золотые доспехи с рычащим грифоном на нагруднике заявляли о силе и внушали уважение. Сена Булатная выглядела как отважный рыцарь, а разлёгшийся на плечах Сены живой Грифин лишь дополнял грозную картину, вот только ей не хватало меча. С тех пор как она лишилась Огненной крови в сражении с призраками, ни один клинок не вызывал у неё чувства, что это, говоря словами самой Сены, «её».
– Я не замёрз, – Нэт так и подскочил на месте. – Я взволнован!
Он тоже был одет соответственно случаю. Зелёный, как ёлка, камзол делал цвет ореховых прожилок в глазах мальчика ещё ярче, а его кожаные ботинки были украшены блестящим остролистом, и то тут, то там на его наряде посверкивали золотые жёлуди: подарки от Сильвии и Мэтью.
Сена поморщилась:
– Всё равно заканчивай. Ты у всех на виду.
Это правда. Поскольку друзья были одними из тех немногих, кого пропустили внутрь кольца из камней, они были как на ладони. Но Клэр не сомневалась: все взоры сейчас устремлены к Надии, которая вот-вот даст обещание гильдиям и станет первым премьер-министром в истории Ардена.
– Мой дорогой Арден, – произнесла Надиа, окидывая взглядом Равнины печали, преобразившиеся в поле разноцветных шёлковых палаток прядильщиков, лиственных шалашей земледельцев, сверкающих шатров кователей и построенных самоцветчиками временных крепостей. – Я клянусь следить, чтобы у всего, что растёт, всегда была вода и земля. Я обещаю тревожиться о каждом сердце, которому нужны узы и нити поддержки. Я буду заботиться, чтобы ржавчина не тронула наших крепких сил дружбы и взаимопомощи. И ежели понадобится, ради блага моего народа я готова сдвинуть горы.
Толпа встретила её слова восторженными криками, и четыре силуэта проследовали к тому месту в кольце из камней, где стояла Надиа. К тому самому месту, над которым все эти годы высились камни единорога и королевы.
Магистр Болт, постановщик-прядильщик, магистр Корналин и недавно восстановленная в статусе магистр Айрис из Зелёного леса вышли вперёд с короной.
– Гильдии Ардена принимают ваши слова и связывают вас ими на следующие пять лет, – произнёс постановщик. – В благодарность за данное вами обещание примите ли вы от нас корону Ардена?
Клэр затаила дыхание.
Надиа покачала головой:
– Нет.
Все вокруг удивлённо ахнули, даже сверкающие полки наездников химер, гордо сидевших на своих скакунах.
– Мне она не нужна. До тех пор, пока чудеса есть во всём вокруг – во всех мирах, – продолжила она, выразительно глядя на Клэр, – люди – те, кто их направляет. Люди, которые должны уметь с ними обращаться. Люди, которые живут и умирают, любят, взрослеют и меняются. Пускай чудесная сила заключена в материи, но мы те, кто ей управляет. – Она замолчала, затем улыбнулась. – К тому же мне как-то сказали, что корона нужна монарху для того, чтобы он знал, насколько крепка связь межу гильдиями, но сейчас нам это ни к чему, ведь на нас снизошла благодать единорогов.