– Пообещай, что не забудешь поливать свой карандаш, – сказал Нэт. Кончик его носа был ярко-красным.
– Я уже пообещала, – ответила Клэр, но она пообещала снова, крепко обняв своего самого первого друга в Ардене. – А ты не забудь своё обещание.
Нэт рассмеялся:
– Обещаю прибавлять тебе пять сантиметров роста во всех своих исторических заметках. – Он повернулся, чтобы попрощаться с родителями Клэр, которые успели заворожить юного земледельца своими рассказами о другом мире. После чего Клэр нашла Сену и была чрезвычайно поражена, увидев, что старшая подруга уже вся в слезах. Потревоженный Грифин отлетел на безопасное расстояние, чтобы избежать влаги и ржавчины.
– Сена, – сказала Клэр почти с наслаждением. – Ну ты прямо «плакучая ива»!
– Ничего не могу с собой поделать, – пробурчала Сена, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. – Только не рассказывай Нэту.
И вот наконец все разошлись кто куда, чтобы дать сёстрам поговорить наедине.
– Софи, ты уверена, что не можешь пойти с нами?
– Клэр, – сказала Софи, – не думаю, что могу спуститься в колодец или пройти сквозь твой рисунок. А даже если бы и могла, то не стала бы. – Она глубоко вдохнула. – Моё место здесь. Я нужна Ардену.
– Ты нужна мне.
Софи грустно улыбнулась:
– Нет, не настолько. Ты знаешь меня так же хорошо, как знаешь себя. – Это была правда. Даже в разлуке Клэр не переставала слышать голос Софи – как она даёт ей советы, подтрунивает над ней, насколько сильно она её любит – куда бы она ни шла, Софи никогда не оставит Клэр.
И всё же Клэр взяла ладонь Софи в свою и крепко её сжала.
– В нашем мире тоже есть чудеса, – произнесла Клэр, вспоминая журналы родителей Сены и речь Надии. – Бабушка Надиа сказала, что они повсюду. – Она сбилась, пытаясь сообразить, как лучше всего высказать то, что она чувствует, выразить лежащую на поверхности мысль, которая соединит её слова в единое и нерушимое целое. – Софи, единороги – это чудо, верно?
Софи едва заметно кивнула.
– А чудеса, – добавила она, сжимая руку Клэр, – окружают нас везде. Нужно лишь знать, где их искать.
Они помолчали некоторое время, глядя на флаги, развевающиеся над палатками Плетёного Корня, позволяя мыслям накатывать и отступать.
– Софи? – сказала Клэр срывающимся голосом. – Я буду по тебе скучать.
– И я по тебе, – ответила Софи глухим голосом. – Мне нравится быть твоей сестрой. – Она отпустила ладонь Клэр и раскрыла объятия, Клэр прильнула к сестре. Она больше не сдерживала слёзы.
Они, самые знаменитые сёстры Ардена, постояли так какое-то время. Могла пройти целая зима – в Виндемире или в Ардене, но она чувствовала себя так, словно они находились вне времени и просто были самими собой.
Что-то тёплое коснулось Клэр под коленками, и она увидела, что у её ног приземлился Грифин, а затем она увидела кое-что ещё. Изумившись, она рассмеялась. Всюду вокруг них, там, куда упали слёзы Софи, росли подснежники.
И Клэр почувствовала где-то внутри, как печаль отступает. Она хихикнула и вытерла нос.
– Представь, что сказали бы в школе, если бы ты наплакала лужу цветов!
Софи хохотнула и промокнула глаза рукавом.
– Тебя ждут невероятнейшие Впечатления.
– Меня? – рассмеялась Клэр. – Это ведь ты у нас единорог!
На лице Софи появилась улыбка – широкая, как горизонт, и яркая, как заря, разгоравшаяся над равнинами.
– А я и не говорила, что меня не ждут невероятнейшие Впечатления! Нам обеим предстоит увидеть, сделать и узнать столько всего.
Они вернулись к остальным, и последовал второй круг объятий и обещаний, которые ни в коем случае нельзя забывать.
– Ты за ней приглядишь? – спросил папа, обнимая старшую дочь и глядя на Надию.
Новый премьер-министр Ардена улыбнулась:
– Думаю, скорее Софи приглядит за мной – за всеми нами.
– Мы любим тебя, Софи, – сказала мама, её глаза блестели.
А потом пришёл черёд Клэр.
– Я… я увижу тебя снова?
– Единороги знают многое, – ответила Софи, – но мы не видим будущее. Хотя одно я могу сказать точно: я буду тебе сниться. Часто. И когда на тебя вдруг найдёт вдохновение нарисовать что-нибудь, это буду я – я буду делиться с тобой своими приключениями. А ещё я знаю, что мы расстаёмся не навсегда.
– Но ведь как прежде уже не будет?
Софи ничего не сказала, но в этом и не было необходимости. Клэр сама знала ответ. Ещё одно объятие, крепкое, безудержное и быстрое, – и Клэр отпустила сестру.