Ган даже не заметил, что первый этап обучения подошел к концу. Как всегда уставший до предела, он лег спать, рухнул на жесткую койку в тесной комнатушке, где стены были выложены белой плиткой. Из-под подушки тут же раздался шепот:
— …генерировать матрицу К, используя механизмы ассоциативного накопления дополнительно к контекстуальным отношениям координатного накопления. Ряд И и столбец Ж показывают степень ассоциативности…
Информация впитывалась подсознанием, а сознанием Ган лишь понимал собственное несоответствие заданию. Ему никогда не добиться хрустальных тонов, которые умела выпевать сестра Дельта и другие связники. У него неподходящий голос, и он никогда не освоит теории программирования…
Он заснул.
На втором этапе обучения Гана перевели в общую спальню. Койка была такая же жесткая. Каждую ночь после отбоя спать укладывались восемьдесят усталых молчаливых курсантов. Каждое утро под звон гонга они просыпались в меньшем составе — несколько коек пустовало.
Об исчезнувших никто не вспоминал. Вместе с ними исчезали и немногие личные вещи с полок над койками. Имена вычеркивались из списка. Эти люди переставали существовать. Почему — никто не спрашивал.
Однажды ночью Гана разбудил звук торопливых шагов. Он рывком сел, словно ему грозила смертельная опасность.
— Джим? — прошептал он имя соседа, новичка с мускулами борца и отличным чистым тенором. Его мать была певицей-общительницей, а отец погиб в космосе, выполняя задание плана. — Джим, что?..
— Друг, ты ведь спишь, — прошептал тихий голос из темноты. — Ну и спи дальше — тебе же будет лучше.
Тяжелая рука легла на плечо Гана, толкнула обратно на койку.
Ган хотел помочь Джиму, но его сковал страх. Он увидел, как темные силуэты склонились над соседней койкой, услышал вздох Джима. Приглушенные голоса, шорох одежды, звяканье. Заскрипела койка, в лицо ударил тонкий луч, и Ган зажмурился. Шаги удалились.
Он долго лежал, глядя в темноту, прислушиваясь к дыханию спящих, которых стало на одного меньше. Джим так дорожил красной пластиковой медалью отца — героя Плана второго класса. У Джима был красивый чистый голос, но он слишком медленно постигал семантику.
Ган был бы рад помочь, но что он мог сделать? Машина требовала от слуг чисто механических качеств. Наверное, Джим выказал недостаточное рвение превратиться в механизм. Ган повернулся на бок и стал повторять про себя семантические тензоры. Вскоре он заснул.
11
На втором этапе Ган понял, что первая фаза обучения была чем-то вроде воскресного отдыха в отеле на морском берегу в компании хорошеньких общительниц. О ней он вспоминал теперь, не иначе как сквозь туман изнеможения. Не было ни секунды отдыха.
— Будь Машиной!
Простое правило вдалбливали в сознание Гана на разные лады: монотонными голосами — преподаватели, ясноглазые общительницы — словно воркующие голуби, стереоэкраны выжигали это правило на сетчатке глаз, не знающие сна динамики гипнопедических установок шептали из-под подушки.
— Будь машиной… Действуй, как машина… Выгляди, как машина…
Чтобы овладеть мириадами тонов языка механо, человеку необходимо было превратиться в механизм. Изображения и шепчущие динамики напоминали Гану и о тех, кто с задачей не справился и попал в орган-банки.
Замкнутый в тесной экзаменационной камере с серыми звукоизолированными стенами Ган согнулся в три погибли над черным связь-кубом, чтобы уловить все флексии механо.
— Кандидат… — даже первое слово чуть не ускользнуло, — кандидат должен назвать себя.
Ган пропел ответ, но голос его оказался слишком хриплым, тон слишком высоким. Он сглотнул комок в горле, провел кончиком пальца по тональным четкам.
— Кандидат Бойс Ган, — Ган снова сглотнул, пропел свой номер.
— Кандидат Бойс Ган, вы проходите экзамен, — промурлыкал куб. — Набрав положительное количество баллов, вы перейдете на новую ступень подготовки, приблизившись к высшему служению Машине, награждаемому сообщностью. Вы должны знать, что обратного пути для вас нет. В системе Плана нет места потерпевшим неудачу, несмотря на их знания или умения. В этом случае единственный путь — в центры утилизации.
— Я понимаю и готов служить, — пропел он, используя одну сложную фонему.
— Тогда проверка начинается, — прочирикал куб. — Вы должны отвечать на каждый вопрос, давая полные и четкие ответы на языке механо. Каждая миллисекунда паузы и каждая ошибка заносятся в штрафные баллы. План не может терять время, не может позволить совершать ошибки. Вы готовы начать?