«Карла, малышка! Не бойся! Только вперед!»
Она не смогла бы остановить пространственника, даже если бы очень хотела. Белла больше не слушалась наездницу.
Хотя голос Хиксона был чистой иллюзией, Карла заметила, что уверенности у нее прибавилось, паника пошла на убыль. Со странной отрешенностью смотрела она, как выпуклость разделилась на три части, каждая часть продолжала расти, пока не превратилась в золотую длинную змею. Все три змеи, извиваясь, тянулись навстречу Карле. Затем последовал удар, и горячие золотые кольца сжали ее.
Боли не было, и даже страх стал еще меньше. Живые золотые канаты потащили ее к центральному уплотнению в облаке. Карла становилась все спокойнее, все хладнокровнее воспринимала происходящее. Даже пространственник избавился от страха. Устроившись в объятиях золотых колец, как в гнезде, Белла мурлыкала, словно большой котенок.
Карлу тянуло в сон. Ей почудился голос Хиксона, спокойный, но настойчивый, он повторял что-то очень важное… «Ты должна отправиться туда, малютка… выполнить задание… потом ты должна вернуться…»
Как хорошо было снова слышать этот уверенный, спокойный голос! Карла Снег заснула.
Она спала, время шло, а проснувшись, она уже знала, что должна делать.
— Я должна была отправиться за вами и привести вас обратно. Всех вас. Он хочет, чтобы вы пришли к нему.
— Дитя Звезд? — прохрипел Вилер. — Ты его имеешь в виду?
Карла упрямо покачала головой:
— Не уверена. Я знаю только, что должна делать… — На лице ее вдруг появилось выражение тревоги. — Здесь меня встретили трое и почему-то испугались. Они связали меня и заперли, они не слушали…
— Майор Ган, генерал Вилер, госпожа Снег, следите ли вы за экраном? — пропела Дельта Четыре.
Как один, они обернулись к видеоэкрану. Протуберанец вырос еще больше и, как гребень океанской волны, навис над крейсером. Протуберанец напоминал кобру, готовую нанести удар.
И удар был нанесен.
Крейсер пытался лавировать, но поздно! Хотя на экране язык огня двигался плавно, на самом деле скорость его составляла несколько миль в секунду. Убежать крейсер не мог. Протуберанец лизнул корабль, и маленький черный силуэт исчез.
Бойс Ган почувствовал, как его пробирает дрожь. Он услышал хриплое проклятие генерала. Крейсера больше не было. Протуберанец начал плавно падать обратно на Солнце.
Генерал первым пришел в себя. Его бронзовое лицо дышало решимостью.
— Отлично! Теперь мы о корабле можем забыть. Вопрос — как отсюда выбраться! Второй вопрос — как добраться до рифов и попасть на «Сообщность»?
— С этим не будет затруднений, — гордо пропела Дельта. — Машина сказала, что попасть на «Сообщность» можно со станции номер семь, то есть отсюда.
Генерал прицелился в Дельту серо-стальным взглядом.
— Но где? За шлюзом? На скалах? Там мы изжаримся за считанные минуты. Или вы научите нас летать?
Он замолчал на полуслове, позабыв даже закрыть рот. Потом развернулся к Карле.
— Ваши звери? Где они? Эти, как их, пространственники?
Карла покачала головой.
— Так близко от Солнца Белла не выдержала бы. Она погибла бы от радиации, а мы — вместе с ней, ведь мы зависели бы от ее воздушной капсулы. Кроме того, ее нет со мной.
— Тогда как же? — воскликнул генерал. — Должен быть способ! Оба сообщения указывали именно эту станцию!
— Совершенно верно, генерал, — тихо сказала Карла. — Поэтому я здесь. Чтобы доставить вас в рифы. Я не знаю как, я знаю, лишь что это произойдет.
Комната вдруг накренилась.
Толчок застал всех врасплох. Люди испуганно переглянулись.
— Кажется, — мрачно сказал Бойс Ган, удивленный менее всех, — это ощущение мне знакомо.
Он знал, что долгий путь к рифам теперь сократился до нескольких секунд.
Он не чувствовал страха, наоборот, уверенность, что скоро они лицом к лицу встретятся с существом, которое вызвало такие потрясения во всей Солнечной Системе, освободила душу от бремени сомнений. И все же Гана что-то тревожило, какой-то вопрос, который недавно задавали, но на него так и не было дано ответа.
Комната вновь накренилась, свет померк. И он вспомнил!
— Карла, почему? — прохрипел он.
Девушка с рифов смотрела на него влюбленными глазами.
— Что «почему», Бойс?
— Почему они тебя испугались? Ты сказала, что люди на станции испугались тебя. Почему?
Комната шла волнами, как будто на нее смотрели сквозь бракованное увеличительное стекло. Свет затухал, и с каждой секундой расстояние между ними увеличивалось, хотя сами они оставались неподвижными, подобно разбегающимся галактикам.