Райленд нахмурился. Майор Чаттерджи, заглянув через плечо, воскликнул:
— Уже задание, Стив! О, у нас все быстро делается. У меня есть шестирегистровый калькулятор и комната, куда можно его установить, пока вы переоденетесь. Гарантирую вам мешок долларов!
— Я не понимаю, — сказал Райленд, — общая теория и равновесное состояние — что это значит?
Но майор оказался жизнерадостным невеждой в данной области. Он был всего лишь администратором и не имел никакого отношения к науке. Райленд пожал плечами.
— Ладно. Калькулятор мне не нужен, пока есть Опорто.
— Второй опасник? — Оператор-майор Чаттерджи моргнул. — Всегда держаться вместе, понимаю. Я откомандирую его к вам.
Райленд снова посмотрел на телетайп. Задание требовало немалого размышления. «Оператор-майор Чаттерджи уполномочен изменить ваш статус». Вот этот человек с блестящими, подвижными, как ртуть, глазами, крючковатым носом, вот этот человек и должен будет повернуть ключ, открыть воротник?
Или Райленд неточно толкует сообщение? Машина всегда выражается точно. Это люди не всегда правильно понимают то, что она говорит. Например, имеется в виду, что Чаттерджи освободит Райленда или лишь изменит его статус… до статуса сырого мяса в орган-банке?
Эта мысль его отрезвила.
Воспоминания о прошлом вызвали у Райленда ноющее чувство одиночества и потерянности.
— Зачем Машине нереактивная тяга? — натужно спросил он майора. — Ионные корабли способны долететь до любой планеты, и План Человека, кажется, все глубже зарывается в землю, забросив космические колонии.
— Прекратите! — одернул его майор. — Мы не имеем права так думать!
Но Райленд продолжил:
— Кажется, Машина опасается, что нереактивный двигатель попадет в руки врагов Плана. Чьи же это могут быть руки? Какие такие враги? План покорил все планеты, теперь в него включено все Человечество. За исключением нескольких беглецов вроде Рона Дондерево…
— Не надо об этом! — Майор, казалось, был потрясен. — У нее хватает забот и без незапланированных разговоров.
Райленд пожал плечами и замолчал, а к Чаттерджи сразу вернулась прежняя жизнерадостность.
— Вас нужно устроить, разместить, — заулыбался он, поблескивая золотой оправой очков. — Вера! Девочка, войди!
Открылась дверь. В комнату важно вплыла высокая блондинка. На ней были алые брюки и короткий алый жакет. Два века назад она могла бы быть мажореткой в оркестре, но в эру Плана исполняла куда более важную функцию.
— Знакомьтесь, Стив, это Вера. Одна из наших общительниц. Она вам поможет освоиться. Гарантирую!
Общительница улыбнулась хорошо отрепетированной улыбкой.
— Знай в совершенстве свои функции, только свои, — пропела она. — Таков наш лозунг, мистер Райленд. — У нее был высокий, кукольный голос.
— И превосходный лозунг, в самом деле! — Сияя поддержал ее майор Чаттерджи. — Можете приступать, Вера. И не забудьте, сегодня в семь Вечер Общения.
Конечно, сейчас все мысли Райленда вертелись вокруг приказа. Машины, нереактивной тяги, гипотезы равновесного состояния, трех исчезнувших из его жизни дней, фразы: «Майор Чаттерджи уполномочен изменить…», вокруг того факта, что Планирующий знал о его разговоре с Донной. Но и то, что говорила ему общительница, имело немалое значение. Он постарался на время отключиться от остальных мыслей и прислушался.
— Вам здесь понравится, Стивен, — прошептала Вера, торжественно взяв его под руку. Улыбнувшись, она повела его вдоль тоннеля с серыми бетонными стенами. Окон не было.
— Это называется «пункт Черный Круг». Странно, правда? Но ты привыкнешь. Я тебе помогу!
Пункт Черный Круг являлся штаб-квартирой майора Чаттерджи, который был ответственным за снабжение и работу персонала.
— Пункт Серый Треугольник, — прощебетала девушка, указывая на перекресток впереди. — Это медицинский сектор. Проверки, недомогания, травмы, а также… — она игриво хихикнула, — отправка в орган-банк.
Райленд вздохнул.
— О, не стоит волноваться, Стив, — успокоила она. — Можешь доверять майору Чаттерджи. Ты делай свое дело, он будет делать свое. Это и есть Работа Сообща.
— Да, я понимаю, — пробормотал Райленд. — Просто… у меня уже был шанс оказаться в орган-банке. Целых три года я имел такой шанс. Признаюсь, идея оказаться в мясорубке меня не восхищает.
Общительница, шокированная, застыла на месте, ее ровные бровки сердито выгнулись: