— Нет. То есть… да, нужна. Но сначала я хочу поговорить с госпожой Залдивар. Молли пережила потрясение, сейчас она в безопасности и отдыхает. Скоро она совсем поправится… Но ей угрожает опасность.
Вид у Дейдры был вежливо-озабоченный.
— Очень жаль, — сказала она. — Такая милая девчушка. Но, — Дейдра пожала плечами, улыбнулась роботу, — она ведь не член сообщества. Как и все неприсоединившиеся, она подвержена опасностям индивидуального существования.
Она вернулась к панели инструмента, быстро пробежала по клавишам красивыми тонкими пальцами, выстроила завораживающую башню из света, цвета, запахов и звуков.
— Когда Молли примет Посетителей, — сказала она, наблюдая за полетом композиции над крышей, — все станет прекрасно. В сообществе Звезды все всегда прекрасно.
Энди почувствовал, как все тяжелее становится груз отчаяния. Морщины на лбу прорезались глубже, сами по себе крепко сжались зубы. Он резко повернулся к роботу.
— Вы можете объяснить, что с Солнцем? Мне необходима информация.
— В каком смысле, монитор Квамодиан? — вежливо уточнил робот.
— В смысле его внешнего вида. Взгляните только! И вчерашние разряды… Что происходит?
— У нас нет сведений, — признался робот.
— Верно ли, что Лебедь не имеет к этому отношения?
— Совершенно верно. — В голосе робота слышалось неодобрение. — Факт был доведен до вашего сведения компаньоном Хуаном Залдиваром. Вам должно быть известно, что Лебедь не опустится до насилия, никогда.
— Хорошо, но как быть с Солнцем? Может… — Мысль, вдруг вспыхнувшая в мозгу Квамодиана, заставила его запнуться. — А вдруг интеллект блуждающей звезды успел переселиться в Солнце?
— Солнце не является членом гражданина Лебедя, никогда не входило в другие ассоциации цивилизованной Вселенной. Это все, что мы знаем о его интеллектуальном статусе.
— Но его поведение угрожает всей планете, всем членам Товарищества, — запротестовал Энди. — Один человек уже погиб. Опасаюсь, вскоре угроза может перекинуться и на звезды Лебедя.
— Альмалик знает об этом, — промурлыкал робот. — Мыслящие звезды спокойны.
— Зато я встревожен! Я требую помощи!
Робот подплыл ближе, плазменный овал ярко засветился.
— Вы имеете право, монитор Квамодиан, — сладким голосом заверил он. — Я буду подчиняться, пока не получу указания от Альмалика или ваши приказы не войдут в противоречие с законами Альмалика.
— Отлично, — процедил Энди. — Для начала дайте последнему знать, что я очень встревожен данной проблемой. Подчеркните мое особое мнение: необходимы срочные меры.
— Какие именно? — с готовностью уточнил робот. Вопрос не застал Квамодиана врасплох.
— Попросите Альмалика пересмотреть мои рапорты по делу Соло Скотта и блуждающей звезды Клифа Ястреба. Поторопите его войти в контакт с Клотильдой Квай-Квич. Попросите предложить другие варианты действий.
— Он уже это сделал!
— Мне об этом неизвестно.
— Новой информации о мониторе Квай-Квич не получено. Новые действия нам не предложены.
Квамодиан свирепо уставился на робота, едва сдержавшись от оскорбления в адрес бестолкового автомата. Неожиданно снизу донесся пронзительный крик. Кричащий звал Квамодиана.
— Проповедник! Вы там?
Одним прыжком Энди подскочил к поручню эскалатора, посмотрел вниз.
— Это ты, Руф?
Лицо мальчика покраснело от слез, он всхлипывал.
— Проповедник! Мисс Залдивар пропала! Квамодиану показалось, что пол крыши превратился в лед и этот лед сейчас провалится под его ногами. Время остановилось.
— Как?
— Не знаю… я думаю… ее унесла эта зверюга!
Мир померк. Голос мальчика растаял как дым, оставив тонкий завиток ужаса. Энди вздрогнул, взял себя в руки, попытался успокоиться и рассуждать логично. Но на такой подвиг он был сейчас не способен. Он помчался вниз по лестнице, не дожидаясь, пока на него обратят внимание детекторы и дадут ленте обратный ход.
За спиной загремел трубный голос робота:
— Монитор Квамодиан! Обождите! Я должен выяснить ваши намерения!
Квамодиан остановился, обернулся.
— Намерения? Я намерен спасти Молли!
— Каким образом, монитор?
— Каким образом… — Энди замешкался, но быстро нашел ответ и сказал: — С помощью рифника! Мы выследим чудовище и уничтожим!
Робот несколько понизил громкость, но все равно в барабанных перепонках Энди неприятно завибрировало: