— Это насилие, монитор! Вы намерены совершить насилие. Товарищи Звезды не могут соучаствовать в актах насилия.
— А я могу! — крикнул Энди. — Наша организация для того и существует — мы делаем то, что граждане Лебедя делать не имеют права.
Черное яйцо робота быстро подплыло к нему.
— Так было в прошлом. Но как стало известно, некоторые члены Товарищества, прикрываясь именем Альмалика, совершали акты бессмысленного насилия. Это была серьезная ошибка, монитор! Статус вашей организации пересмотрен. Применять насилие вам запрещается!
Огорошенный Квамодиан отпрянул, задел хрустальный орнамент в виде языка пламени, украшение упало на пол, разлетелось вдребезги. Робот выпустил плазменное щупальце и собрал мусор.
— Не может быть! — выдохнул Квамодиан. — Нам… необходима свобода действий. Как же нам иначе защищать вселенских граждан?
— Мы не оказываем сопротивления, — безмятежно промурлыкал робот. — Это основной принцип этики Посетителей! Теперь и члены Товарищества не могут совершать насилия, прикрывшись нашим знаменем!
Энди постоял в молчании, посмотрел вниз, на мокрое от слез лицо мальчика, пнул носком осколок хрусталя. Осколок полетел через весь сад. Энди начал спускаться.
— Монитор Квамодиан! — пел робот. — Я уведомил вас!
Энди что-то неразборчиво прорычал в ответ и продолжал спуск. Робот поднял громкость до оглушающего уровня.
— Мы требуем ответа! Каковы ваши намерения?
Энди остановился, чтобы посмотреть в сторону робота.
— Я уже сказал. Я уничтожу чудовище, с вашего разрешения или без!
18
Горячее облако плазмы в пещере под горой успело давно растаять. Чрево инкубатора, родившего блуждающую звезду, давно остыло, энергия больше его не питала.
Но воздух пах озоном, оплавленной медью контактов, автономная система освещения мигала, не в силах рассеять густые черные тени.
Слит опустил Молли на пол. Над ней зависло облако бледной плазмы — это и была новая блуждающая звезда. Звезда отослала слита — девушка боялась зверя, и звезда этот страх ощутила. Молли лежала на холодном бетоне, всхлипывала. Что-то подсказало звезде устроить девушку поудобнее.
НУЖНО ПЕРЕДВИНУТЬ ЕЕ В УДОБНОЕ МЕСТО, подумала звезда, перебирая варианты способов. Несколько пикосекунд спустя ее выбор пал на одну из прошлых игрушек; старый манипулятор. Управлять им было не сложнее, чем электромобильчиком Молли, и звезда заставила механизм со скрипом двинуться по ржавым рельсам к входу в пещеру.
В принципе-управление манипулятором ничего сложного не представляло, требовался лишь навык, которым блуждающая звезда пока не обладала. Машина так медленно реагировала на команды, так лениво пробиралась сквозь завалы мусора. Звезда отдыхала, впитывала вещество и энергию из воздуха и камня, потом снова бралась за манипулятор.
Молли встала на четвереньки, расширившимися от страха глазами глядя на лязгающий манипулятор, который на нее надвигался.
Звезда сделала паузу, еще раз попробовала поупражняться в человеческой речи. Через динамики радиопередатчика на манипуляторе она проскрежетала:
— Молли Залдивар! Как мне заставить тебя любить меня?
Молли побледнела.
— Монстр! Кто ты?
Блуждающая звезда перенастроила контуры передатчика, чтобы звук стал приятнее.
— Я… монстр? Почему ты меня не любишь? Я… люблю тебя, Молли.
Звезда почувствовала страх девушки — словно издалека, но почувствовала. Страх нарастал.
Молли в отчаянии поднялась на ноги и попыталась убежать. Стальные руки манипулятора легко поймали девушку, вернули обратно. Молли закричала. Звездное существо сделало паузу, размышляя о процессах в живой материи. Вот зеленую ауру Молли пронизали красные вспышки, которые для звезды означали «боль». Понадобилось небольшое усилие, чтобы понять — неполадка в функционировании данного лучистого конгломерата вызвана силой, с которой манипуляторы сжимали относительно мягкое и слабое тело девушки.
Звезда осторожно опустила девушку на пол кабины старого манипулятора, принялась за методический анализ полученных сведений. Это был долгий процесс, он требовал более одной микросекунды. Материал для дедукции и интерполяции был обширен. Даже собственные поступки были не совсем ясны для звезды, она еще не определила ясно, что означает «любовь», хотя чувствовала, что именно так лучше всего назвать свое отношение к Молли. Выделив часть своего сознания, звезда ввела ее в сознание Молли, стараясь выяснить, какой был нанесен ему вред. Повреждение оказалось незначительным, пострадали какие-то несколько сотен тысяч нервных клеток и только относительно небольшое их количество погибло окончательно. Звезда внесла некоторые поправки в организацию тканей, прекратила утечку жидкости из циркуляционной системы организма, соединила несколько пострадавших сосудов и связок, потом, для завершения картины, повысила тонус жизнедеятельности Молли и, довольная работой, вернула внесенную в мозг Молли часть своего сознания в основной массив, обитавший в плазменном облаке.