25
В сотнях световых лет от Земли блуждающая звезда крепла и закалялась в яростной борьбе. Гигантское создание из плазмы и свободных электронов вело монолог, размышляло, словно звездный Гамлет:
МОРЯ МОИ КИПЯТ… ИЗ РАН СОЧИТСЯ МАГМА-КРОВЬ… КОРА ПРОБИТА ВАРВАРСКИМИ КОПЬЯМИ ЗВЕЗДЫ… И ВСЕ ЖЕ Я СТРЕМЛЮСЬ ВПЕРЕД… К ОГРОМНОМУ СВЕТИЛУ…
Мимо мелькали внутренние планеты Альмалика. Еще несколько часов, и они растворятся в кипящем море взорванного светила.
Но Альмалик по-прежнему не оказывал сопротивления. Он безмятежно сиял впереди, прекрасный, спокойный, ничуть не встревоженный нападением.
Блуждающая звезда стала опытнее. Она пережила миллиарды циклов внутреннего развития. Она познала «эмоции», познала злость, и спокойная гордость Альмалика вызывала у нее еще большую злобу.
ЕСЛИ ОН ПРИЗНАЕТ МЕНЯ! ЕСЛИ ПРИЗНАЕТ, ЧТО ВЕЛЕЛ СОЛНЦУ УНИЧТОЖИТЬ МЕНЯ! ЕСЛИ ИЗВИНИТСЯ ЗА ОБМАН, ЗА ТО, ЧТО ПРЕЗИРАЛ МЕНЯ… ВОЗМОЖНО, ТОГДА Я ОТВЕДУ УДАР…
Но Альмалик не обращал на агрессора ни малейшего внимания.
Впрочем, другие обитатели системы не были столь хладнокровны. Блуждающая звезда обнаружила, что стала объектом нападения. Голубой компонент обрушил на нее плазменный клинок. Клинок пробил сердце звезды, втянулся и ударил снова.
Звезда агонизировала — такой боли она еще никогда не испытывала. Но она не погибла. Она собрала силы и стала искать способ отбить атаку. И нашла такой способ. Проносясь мимо пятой планеты Альмалика, она сорвала с орбиты целую связку лун, сплавила их в одно тело собственными матрицами и этой новой массой укрепила защиту.
Восстановив силы, она принялась впитывать в себя энергию голубых и золотых разрядов, скручивала собственные поля и с новой силой бросала вперед свою растущую массу. Но огромное белое Солнце демонстративно не замечало усилий блуждающей звезды.
На этом первая стадия сражения завершилась.
Хотя блуждающая звезда ни разу не ударила в ответ по голубому и желтому гигантам, те уже были побеждены.
Израсходовав энергию на плазменные выстрелы, они исчерпали свои силы. Плазменные кнуты втянулись и пропали. Голубой гигант померк, сжался, а желтый — распух, покраснел.
Разумная жизнь покинула эти звезды. Голубой гигант снова увеличился, золотое Солнце стало ярче и приняло прежний облик. Теперь это были лишь скопления ядерного газа, обыкновенные атомные топки, которые больше не управлялись транзитными матрицами звездного интеллекта.
Это была безоговорочная победа блуждающей звезды. Но главный враг, большая белая звезда, по-прежнему сияла впереди.
Звезда чувствовала, что Альмалик наблюдает за ней, но не испытывала страха. Ее удивляло, что он не просит пощады, не вступает в переговоры. Это тревожило блуждающую звезду.
Но она не свернула с намеченного пути. Она мчалась вперед, чтобы покончить с белым светилом, наказать его. Выпустив энергозонды, она подкрепилась, впитала в себя астероидное облако, протянула щупальца к безжизненному спутнику четвертой планеты, сплавила его с собственной массой.
Тринадцать светил или погибнут, или потеряют в войне способность поддерживать в себе разум. Будут разрушены сотни планет и около тысячи обитаемых астероидов. Миллиарды живых существ сгорят в белом пламени, когда наступит смерть гордой звезды…
И среди них, подумала звезда и почувствовала боль, будет и обычный конгломерат земной органической материи по имени Молли Залдивар.
Я НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ МОЛЛИ ЗАЛДИВАР ПОГИБЛА, НО ОНА ДОЛЖНА ПОГИБНУТЬ. Я НЕ СПАСУ ЕЕ, НО Я НЕ ХОЧУ ЕЕ ГИБЕЛИ, ПОТОМУ ЧТО Я ЕЕ ЛЮБЛЮ.
Не уменьшая скорости, звезда протянула вперед тонкие нити сенсоров, прочесывая кубические мили пустоты, пока, наконец, не нашла Молли. Девушка сидела верхом на слите, далеко опередив блуждающую звезду. Слит спускался в атмосферу третьей планеты. Рука золотого гиганта, пленившего Молли, исчезла со смертью властелина, но Молли осталась жива. И она почувствовала осторожное прикосновение блуждающей звезды.
Она подняла голову, без ошибки отыскала место в пространстве, где концентрированная масса и энергия мчались к конечной цели.
— Это ты, монстр?
Звезда не ответила. Она слушала и наблюдала.
— Монстр, я знаю, ты здесь. Мне все равно.
Она помолчала секунду, облокотилась о черную меховую спину слита, глядя на облачный диск планеты внизу.
— Ты натворил столько зла, монстр, — вздохнула она. — И все-таки… ты старался быть добрым со мной. Чудовище, мне жаль тебя, мне жаль, что тебе пришлось воевать с Альмаликом!
Звезда ничего не ответила, но прозондировала ауру Молли, обнаружила тень печали и рядом — золотистое свечение. Что это? Любовь? Привязанность, симпатия — по крайней мере, так решила звезда.