Они летели над океаном, и их окружали облака. Они мчались прямо навстречу клубящемуся фронту грозы.
Ледяной дождь мгновенно промочил Райленда насквозь. Интересно, подумал он, дождь проникает внутрь капсулы, которая не пропускает воздушный поток! Но сейчас не было времени об этом думать. Холодный дождь не понравился пространственнику, он жалобно замяукал, задрожал, но направления не изменил.
Райленд уже перестал понимать, где они находятся.
Со всех сторон их окружали тучи, хлестал ледяной, дождь, мелькали вспышки молний. Он надеялся, что пространственник знает, куда летит.
Пробурив верхнюю кромку облачного фронта, они вышли в чистое воздушное пространство. Их окатило ослепительным солнечным светом — солнце снова показалось из-за западного горизонта. Несмотря на огромную высоту, они продолжали подниматься еще выше! Райленда вдруг охватила невыразимая эйфория. Произошло невозможное! Он бежал и остался при этом цел.
Он больше не был пронумерованным комплектом запасных частей, он снова стал человеком. И помогла ему Донна Криири — без нее ничего бы не вышло. Он сделался ее должником. Что она имела в виду, сказав о своем отце? Райленд задумался, но в голову ничего не приходило. Он чувствовал лишь восторг от парения в бесконечном небе. Затем небо стало черным — настолько разреженным был воздух. Они продолжали подниматься, пока громадное пространство океана не обрело отчетливо выпуклый характер. А они поднимались все выше и выше, Райленд почувствовал, что дышать становится все труднее, и не понимал почему, ведь поле пространственника должно было падежно удерживать воздух. Но и сам пространственник начал тяжело дышать. Мурлыканье перешло в сухой кашель. Райленд чувствовал, что полет его становится все более неуверенным.
Они забрались на опасную высоту. И вдруг он почувствовал, что не может вздохнуть. Измученное тело Райленда насквозь продрогло, несмотря на немилосердное сияние белого солнечного диска.
Очевидно, виноваты были раны пространственника, подумал Райленд. Пытки в клетке Готтлинга не прошли бесследно. Большая часть симбиотов пространственника погибла. А ведь именно фузориты давали теплокровному существу возможность жить в открытом космосе. Конечно, они не исчезли полностью, потому что воздух еще оставался вокруг пространственника. Он наполнял горящие легкие Райленда, предохранял от закипания крови в вакууме, хоть немного защищал от холода и смертоносной ультрафиолетовой радиации Солнца. Воздух еще был… но хватит ли его?
— Это я скоро узнаю, — хрипло прошептал Райленд мрачно усмехнулся и… потерял сознание. Он не улови; момента, когда это произошло, просто почувствовал, что сознание покидает его.
Когда он пришел в себя, то искренне удивился, что еще жив.
Красиво очерченный овал лица Донны Криири склонился над ним, и от этого Райленд удивился еще больше.
— Мы добрались, — прошептал он, не веря самом) себе.
— Пока что все в порядке, — серьезно, без улыбки сказала девушка. — Но не радуйтесь раньше времени, Райленд. Мы еще в опасности.
Он попытался встать и поплыл по кабине, пока девушка не вернула его обратно в противоперегрузочное ложе. Они находились в кабине корабля, в невесомости. Он посмотрел по сторонам.
— Мне нужно заре… — начал Райленд и замолчал. В телетайпе больше не было нужды.
Донна Криири взмахнула рукой.
— Тебе нравится здесь, Стив? Это твой корабль.
— Мой? — Он был поражен.
— Да. Помнишь, генерал Флимер оборудовал для опытов ракету? Для дистанционного управления из пункта Серый Треугольник. Это она и есть, но с некоторыми переделками. Я убрала все приборы дистанционного управления. Во всем остальном это отличная межпланетная ракета. Она летала по орбите, достижимой для Чиквиты. Только… — Ее лицо погрустнело. — Почему до сих пор нет отца?
Райленд потряс головой.
— Простите, — сказал он, — но я не понимаю. Почему Планирующий должен быть здесь? Зачем ему я?
— Наверное, мне самой придется рассказать. Стивен, знаешь ли ты, что за последние два месяца произошло более сотни сильных подземных толчков — и все под основными населенными центрами? Отец думает, что в этом виновата Машина.
— Машина?!
— Я понимаю, Стивен, тебе трудно поверить. Но отец обнаружил, что генерал Флимер и его помощники что-то сделали с Машиной! Отец слишком хороший человек, он говорит, что не может этого понять. А я могу. Флимер хотел бы контролировать Машину — он рвется к власти над Планом Человека. Уничтожение проекта нереактивного двигателя — лишь одно из звеньев его плана. Подземные толчки, аварии субпоездов, взрывы реакторов и ионных ускорителей на ракетах — все это входит в его план! Изощренные диверсии. О, Стивен! Как тщательно все это было разработано! — Машина, как ты сам понимаешь, это только транзисторы и реле. Она знает лишь то, что в нее накладывают люди. Флимеру удалось изменить ее входные контуры, теперь Машина почти открыто противостоит отцу. И во главе всего стоит нереактивная тяга. Машина уверена, что такой двигатель уничтожит План Человека. Поэтому отцу пришлось пойти на хитрость и подделку. Он позволил мне спасти тебя — это один из его ответных ходов. Но боюсь, уже слишком поздно.