Он летел по темным коридорам. Потеряв светящийся кристалл, Райленд пытался хоть что-нибудь рассмотреть в темноте, закрывая голову руками от ударов о стены. Хорошо все-таки, что туннель был такой узкий — он мог Двигаться лишь в одном направлении.
И наконец, после бесконечного полета он увидел свет.
Повернув в очередной раз, Райленд увидел спешащую к нему Донну Криири. В руке у Донны был кусок лианы со светящимися фузоритами.
— Стив! Слава богу!
Она бросила ему конец лианы, он ухватился, и они подтянулись друг к другу. Райленд ухватил Донну за плечо.
— Пиропод! Где он?
— Улетел. Он пронесся мимо, а я задерживать его не стала, ведь у меня не было атомного гарпуна. Думаю, больше мы его не увидим.
— Он прятался в куче костей, — устало сказал Райленд. — Я… я, кажется, попал ему в глаз.
— Да, по крайней мере, он вел себя как слепой. И… Стивен!
Он не сразу понял, в чем дело. Нервная реакция? Стресс? Он постарался приободрить девушку.
— Он не вернется, Донна, ты сама ведь сказала…
— Нет-нет, это из-за Чиквиты… Стивен, кажется, она умирает.
Он кивнул.
— Бедняга. Но за нее мы отомстили.
— Но что будет с нами, Стив? Ты забыл, что, если умрет Чиквита, некому будет удерживать пригодный для дыхания воздух!
Пространственник неподвижно лежал в небольшой пещере, оплетенной лианами.
Время от времени Чиквита беспокойно вздрагивала. Она казалась одновременно осунувшейся и какой-то обмякшей. Мех потерял блеск. Нос перестал светиться, стал черным, сухим, холодным. Райленд пощупал ее горячий бок и предположил, что у нее жар. Температура тела пространственника была выше, чем в тот раз, когда на ее спине он бежал из орган-банка. Казалось, Чиквита понимала Райленда. Она слабо шевельнула черным языком — единственное усилие, на которое была способна.
— Мы ничем не сможем помочь, — медленно сказал Райленд.
— Кажется, ее беспокоит свет.
— Хорошо. Это, по крайней мере, в наших силах.
Но затенить пещеру оказалось непросто. Они нашли какие-то растения, которые почти не светились, и начали перетаскивать их в пещеру, пока она не превратилась в полутемную нору. В глазах Чиквиты читалась слабая благодарность. Но вид у пространственника был очень плохой.
Они оставили ее одну и вышли на поверхность. Полная беспомощность буквально сводила с ума. Райленд уцепился за выступ у входа в пещеру и уставился в пустоту, на звезды. Где-то там невидимые, но реальные были рифы. Большие, настоящие рифы, где удалось выжить бежавшим из-под власти Плана, где жил Рон Дондерево, человек, родившийся в космосе, сначала студент, потом пленник на Земле. Он носил железный воротник опасника — такой же воротник, который сейчас душил Райленда, и он смог его снять. Он рассказал Планирующему о нереактивной тяге, был списан в орган-банк, и Чиквита помогла ему бежать обратно в рифы.
Но… был ли он сверхчеловеком, суперменом?
Смог бы он снять кольцо с Райленда здесь, в рифах, без сложного хирургического оборудования, имевшегося в орган-банке? Смог бы он заполнить пропасть в тумане прошлого, мучившего Райленда? Или его просто не было вообще до того момента, когда из остатков утилизованных врагов Плана было слеплено думающее двуногое существо без прошлого?
К этому времени Куивера должен был добраться до рифов. Может, они уже на обратном пути! Может, через пару дней они доберутся до маленького рифа и найдут Райленда и Донну!
Найдут ли?
Скорее всего, они найдут их трупы.
Время шло, Чиквита все еще была жива, хотя с каждым днем слабела.
Рифы Космоса превратились в мечту Райленда. Он потерял чувство времени. Часов у него не было, по небесным телам он тоже не мог отмечать течение времени. С большим трудом Райленд отыскал Алголь и начал вести вахту звездочета — период изменения яркости звезды должен был стать его часами.
Донна мягко сказала:
— Это не поможет. Ты ведь не знаешь, когда должен сработать воротник.
Он понял, что Донна читала даже те из его мыслей, о которых он сам не подозревал. Чиквита может выжить, крейсер Плана может не найти их, но кольцо-убийца все Равно настигнет свою жертву. Можно убежать от радаров крейсера, можно добраться до рифов и укрыться там от сверхмощного импульса, который пошлет через всю систему Машина. Но невозможно остановить часовое устройство, безжалостное, неумолимое. Самое большее, через год оно взорвет воротник…
Основываясь на наблюдениях за Алголем, на тщательном восстановлении в памяти предыдущих событий, Райленд предположил, что шесть месяцев из этого срока уже прошли.