Потом с хирургами было покончено. Оставались только Хоррок в соседней камере и Опорто в камере напротив. Но Райленд видел их редко, основное время его держали в терапевтической, где недавно умер гомункулус.
Райленд был пристегнут к кушетке, шею сдавливал железный воротник, электроды впивались в дрожащее тело. Безжалостный свет бил в лицо. Толстый терапист в белом халате склонился над ним, хрипло повторяя вопросы.
Какое сообщение передал ему Рон Дондерево через Хоррока?
Где обитают пироподы, фузориты, пространственники?
Как построить нереактивный двигатель?
Сначала он мог еще отвечать, но кольцо раскаленным обручем сжимало горло.
Даже когда Райленд окончательно сломался и готов был с радостью доверить любому все, что знал, они не позволяли ему произнести ни слова. Они старались выдавить из него даже мечту о побеге.
Дондерево?
Рифы Космоса?
Нереактивная тяга?
Мягкий, настойчивый голос не умолкал, агония продолжалась, пока все прошлое не исчезло в тумане боли и безумия. Даже воротник перестал его душить — он больше не пытался что-то сказать. Он даже не пытался думать — память Райленда было блокирована.
Глава двадцатая
Райленд пришел в себя. Яркий свет заставил его зажмуриться, но он заметил, что над ним склонился человек в белом.
Он не сразу понял, что это не доктор Трейл, а Дондерево. Еще больше времени ушло, пока он вспомнил, что находится в пещере — настолько он был уверен, что увидит сейчас белые стерильные стены терапевтической. Он лежал на самодельном операционном столе, ремни были отстегнуты. Постепенно он приходил в себя, вспоминал, что к чему. Вот стоит Дондерево, а девушка, повернувшаяся спиной — это Донна Криири, а другой — это…
И вдруг Райленд вскочил, широко раскрыв глаза — третьим в импровизированной операционной был не Куивера. Это был офицер Текнокорпуса, и он наблюдал за Райлендом с хладнокровием кобры, приготовившейся к прыжку.
Рука Райленда метнулась к шее.
И коснулась привычного холодного закругления воротника. Кольцо было на месте. Он продолжал оставаться опом, и жизнь его зависела от прихоти любого охранника с радарным пистолетом или от поворота контакта в недрах Машины.
— Что… Что случилось?
— Мы опоздали, — с сочувствием сказал Дондерево. — Едва мы начали операцию, как пространственник почуял приближающийся крейсер. Он пробил воздушный пузырь рифа. Мы зашили твои порезы, и вот теперь мы снова под опекой Плана Человека. — Дондерево машинально потрогал шрам на шее. — Мне очень жаль, что ты остался с воротником, Райленд. Но, если не ошибаюсь, скоро и я надену такой же.
Девушка повернулась, и Райленд получил третий удар. Потому что это была не Донна.
— Где Донна? — спросил он.
— Она в безопасности, — пророкотал Дондерево. — Насколько вообще человек может быть в безопасности под властью Плана. На крейсере ее отец. Она сейчас с ним.
— Могу ли я… — Райленду пришлось остановиться на секунду и сглотнуть, память об агонии парализовала горло. — Могу ли я их видеть?
— Я скажу, что ты пришел в себя, — согласился Дондерево. Он направился к выходу, потом с сомнением повернулся к Райленду. — Я хочу тебя предупредить… Не рассчитывай на помощь Криири. Он, собственно, уже не Планирующий. Он сам теперь носит воротник.
Райленд, закутавшись в простыню, сидел на краю стола. В пещеру влетели Донна и ее отец. Хотя бывший Планирующий нежно улыбался дочери, лицо его посерело от переживаний. На нем была роба опасника. Хромированное кольцо воротника безопасности поблескивало, отражая фантастический свет кристаллов космической пещеры.
За ним следовали два офицера. Один — полноватый полковник Технокорпуса в рогатом радарном шлеме, второй — сержант-связист с футляром портативного телетайпа.
Донна взволнованно повторила все, что Дондерево уже Успел рассказать Райленду.
— Я надеялась, — грустно сказала она, — что отец поможет тебе снять воротник, а получилось…
— Что мне не избавиться от собственного. — Натянутая улыбка Криири исчезла. — Как видите, положение изменилось. Сейчас обязанности Планирующего выполняет наш старый друг генерал Флимер. Меня переквалифицировали. И направили в эту опасную экспедицию. — Он с неловким видом взглянул на полковника.
Лицо Донны дрогнуло.
— Что это за экспедиция, отец? — прошептала она.
— Она связана с развитием Плана Человека. Понимаешь, когда Машина получила доказательства бесконечных возможностей развития и освоения рифов Космоса, она подготовила проект второй ступени Плана. На этой ступени избыток природных ресурсов рифов покончит с жестким нормированием благ. К сожалению, этот этап не начнется, пока край не будет открыт для большинства людей, а для этого нужна нереактивная тяга.