— Ясное дело, об этом я все знаю, — сказал Хиксон. — Сиди тихо! Да нет, не ты, это я Омеру. Не ерзай, тебе говорят!
Он поднялся с корточек от дощатого шаткого стола, обошел Гана, встал за спиной.
— Главное, сиди и не шевелись, Бойс. А если шевельнешься, не смотри на меня… Омер, черт тебя подери! Убери когти! Я его из яйца вывел, прямо вот в этой пещере. Когда этот дьяволенок нервничает, он выпускает когти… Ага, вот и все!
Ган почувствовал прикосновение к шее. Он не видел манипуляций Хиксона, но был уверен, что инструментов у отшельника в руках нет.
Горло вдруг сжало… Затем щелкнул замок…
Кольцо упало на пол. Ган машинально вскочил, побледнел. Он ждал взрыва, но взрыва не последовало.
— Спокойно, Бойс, — успокоил его отшельник. — Перепугаешь Омера до смерти. Эта штука никогда больше не взорвется.
Он небрежно подобрал кольцо, поднял к глазам, чтобы получше рассмотреть в свете никогда не гаснущего алмазного кристалла — на Земле такой стоил бы миллионы.
— Классно сработано, — вздохнул он с восхищением. — Деталек-то сколько… Жаль, больше они ни на что не сгодятся.
И он зашвырнул кольцо в дальний угол.
— Ну как, — сказал он, — ты готов двигаться дальше?
— Куда? — через секунду спросил Ган, пристально глядя на Хиксона.
— Ну-ну, Бойс, не волнуйся. Знаю, о чем ты думаешь. Что меня надо отдать Машине на предмет исследования. Ты понятия не имеешь, как я сумел снять кольцо, но ты уверен — дело это антиплановое. Что же, ты прав, я насквозь антиплановая личность. И мешать тебе не буду — вот, бери мой лазер, сигналь, вызывай помощь. Но запомни хорошенько — с тобой я не полечу, Бойс Ган, уловил?
— Ладно, — Ган сдался, но лишь на время. Оружие он складывать не собирался.
Намерения Гана отшельник описал правильно, но в крайне мягких выражениях. Честно говоря. Гану очень сильно хотелось доставить Хиксона в лаборатории Плана. Сильнее продвижения по службе и даже счастья в любви с Джули Мартин.
Этот Гарри Хиксон был для Плана катастрофой, страшной угрозой. В ушах Гана явственно прозвучал приказ старшего офицера базы на Плутоне, который он мог получить, доложи ему Ган о Хиксоне: «Исследуемый Хиксон представляет большую опасность. Его неизвестные способности необходимо изучить и сохранить для блага Плана. Затем каждый орган его тела должен быть уничтожен в отдельности…»
Но как передать Хиксона в руки Плана?
Нужно найти способ. Должен быть какой-то способ, и Ган найдет его. Главное — спокойствие, главное — не выдать себя, а когда подвернется случай, использовать его…
— Пошлем сигнал сразу, — сказал Ган. — Я готов двигаться дальше.
Отдуваясь, Гарри и Ган вылезли на вершину красной скалы. Пиропод на лысине отшельника ерзал и вертелся, не спуская огненных глаз с Бойса Гана.
— Видишь? — спросил Хиксон через плечо. — Вон ту яркую звезду рядом с Вегой…
— Ты имеешь в виду Тету Лиры?
Отшельник с некоторым удивлением посмотрел на него.
— Верно. Вас в шпионской школе кое-чему учат, вот только… Ладно, неважно. Я имею в виду красную звездочку прямо под Тетой. Не помню названия. Там Свободное Небо, в той стороне.
В висках застучала кровь.
— Свободное Небо? Я слышал об этой колонии. Рифовые крысы?
— Ай-ай, Бойс, не надо так выражаться. Просто свободные люди. Свободное Небо — самый большой риф. Вроде города, скопление мелких рифов в сотню тысяч миль длиной. До него каких-то полмиллиона миль.
— Понятно, — сказал Ган.
Они испытал небывалый подъем и гордость. С каким подарком он вернется на Плутон! ЦЕЛЫЙ ГОРОД БУДЕТ ВОЗВРАЩЕН ПЛАНУ! Снова войдет в братство Машины!
Словно наяву он увидел светящиеся следы крейсеров Плана, как они сходятся в нужном секторе у скопления рифов…
— Не мечтай особенно, — сухо сказал Хиксон. — Ты еще туда не добрался. А когда доберешься, по телефону Машину не вызовешь. А теперь погоди, я сигнал подам…
Он поднял громоздкий старинный пистолет, который хранил в промасленном тряпье в пещере, проверил настройку, тщательно прицелился в далекую красную искорку — маяк прямого курса на Свободное Небо. Он трижды нажал на спуск, потом повернулся к Гану.
— Вот и все, теперь будем ждать. Можно спокойно вернуться в пещеру.
Хиксон помолчал, затем, видимо, принял решение. Он снова повернулся лицом к звездам, положил пистолет и вытянул вперед руки. Губы его шевелились, но Ган ничего не мог разобрать. Пиропод на лысой макушке шипел и то и, дело соскальзывал. Отшельник, казалось, всем телом стремился… но куда?