— Дело не только в еде, юноша, — басовито пророкотал в ответ доктор Снег. — Сама жизнь здесь прекрасна! У нее есть вкус, о котором на мирах Плана никогда даже не узнают.
Бойс Ган улыбнулся снисходительно и как можно дружелюбнее.
— Возможно, вы правы. Прошу меня извинить, но я здесь… ничего, кроме этих миров, не видел.
Отец Карлы кивнул с довольным видом.
— Естественно. Так же, как и мы все, пока не добрались сюда. Не считая Карлы и тех немногих, кто уже здесь родился. Они свободны с самого рождения.
— Но я не совсем понимаю, как работает ваша система? — задал вопрос Ган, придав голосу оттенок недоверия. — Кто дает вам указания?
— Никто! На то она и свобода! Мы не хотели жить в ошейниках Машины, потому и бежали. Мы работаем сообща, и, как видишь, получается у нас неплохо. Счастье и процветание! Мы начали с нуля, построили наш мир, как фузориты, из газа и энергии. Помню, когда мы с Гарри Хиксоном сюда прилетели… — Доктор вдруг замолчал, хмуро посмотрел на Гана, задумчиво потер подбородок.
— И что же? Вы и Хиксон…
— Все было по-другому, — коротко заключил Снег. — Юноша, вы до сих пор думаете, что мы поверим в вашу историю? Я сам хоронил Хиксона.
— Видите ли, сэр, — сказал Ган, понимая, что разговор переходит на небезопасную тему. — Я о нем ничего не знаю, но все, что я рассказал, — чистая правда. Человек, пославший сигнал, назвался Гарри Хиксоном, и у меня не было оснований не доверять ему.
Снег помрачнел, кивнул и больше ничего не сказал. Но Ган заметил, что аппетит у доктора испортился.
Ган решил пока не думать об этом, его волновало кое-что посерьезней. В мечтах он думал о награде, которую получит от Машины, когда, используя пространственника, сбежит отсюда — Карла как раз учила его обращаться с этими животными — и принесет на Землю информацию о Свободном Небе. Отличный урожай из двух тысяч отборных кандидатов в орган-банки!
Вместе с Карлой он вышел наружу. Ручной пироподыш Хиксона, спасенный вместе с Ганом по настоянию Карлы, шипел и метался на своей цепи.
Взяв Карлу за руку, Ган смотрел сквозь зеленые вьющиеся побеги на далекий маяк, который обозначал самый центр Свободного Неба.
— Ты обещала покатать меня на пространственнике, — напомнил он с улыбкой. — Если уж мне суждено стать местным обитателем, неплохо бы пораньше освоить это дело.
Она задумчиво посмотрела на него, улыбнулась. По контрасту с медово-золотистыми волосами глаза ее казались ярко-голубыми.
— Почему бы и нет? — сказала она. — Но не дальше атмосферной границы. Не все сразу.
— Я думал, пространственники носят воздух с собой.
Она кивнула, но твердо повторила:
— Не дальше атмосферы. Могут напасть пироподы.
— Здесь? Так близко к Свободному Небу?
— Видишь ли… — нерешительно начала Карла, но договорить не успела. Бледно-голубое зарево вспыхнуло над их головами.
Оба обернулись. Тормозя на полной мощности, на посадку шел корабль. Кто-то явно торопился. Несколько секунд спустя корабль уже стоял на мшистой лужайке перед клиникой доктора Снега. Люк распахнулся, наружу выпрыгнул человек. Увидев Гана и Карлу, махнул рукой: «Срочная помощь!» — и повернулся к люку. Оттуда уже что-то передавали.
— Я позову отца! — крикнула Карла. — Бойс, помоги им!
Ган уже спешил на помощь, хотя особой нужды в ней не было. Двое из ракеты вытаскивали носилки, на которых лежал завернутый в белые простыни человек. В слабом поле притяжения рифа они легко справились с ношей. И все же Ган взялся за одну из ручек.
— Кто-то заболел, — пропыхтел один из экипажа. — Я его не знаю, нашел в загоне для пространственников… уже без сознания. Я и подумал — вдруг это что-то опасное…
Ган кивнул. Больной что-то бормотал в бреду.
И тут Ган, несмотря на слабое притяжение, едва не выронил ручку.
Хотя человек на носилках и был мокрым от испарины, взгляд его блуждал, он бредил и метался, лицо его было отлично знакомо Бойсу Гану. Он узнал машин-полковника Мохаммеда Зафара.
Наступил момент, когда Гану потребовались все знания и навыки, полученные в шпионской школе на Плутоне. Для Гана Зафар был не просто опасно заболевшим человеком, он нес с собой угрозу полного провала. Наверняка Зафар знает, что Ган — не простой кадет…