— Очевидно, блуждающая звезда заинтересована в экспериментах, которые на Земле проводит Клиф Ястреб. Звезда хочет вас остановить, не дать вмешаться.
— Молли звала меня, — упрямо пробормотал Квамодиан. — Я не намерен отступать.
— Для этого нужно быть семи пядей во лбу. — В усталых глазах Клотильды замерцала едкая усмешка. — Здесь мы совершенно отрезаны от остальной Вселенной. Если это блуждающая звезда Ястреба, то мы где-то в межгалактическом пространстве. В нашем перечне почти тысяча граждан, переброшенных сюда. И ни одному не удалось вернуться домой.
6
Квамодиан нахмурился, посмотрел на Клотильду, потом кивнул в сторону башен с проволочной паутиной между ними.
— Кто-то пытался вернуться, собрать трансфлексный передатчик…
— И дальше не продвинулся, — презрительно пожала она плечами. — Когда я сюда попала, башни уже стояли. В нашем перечне нет даже имен инженеров, которые их построили.
— Когда-то я изучал транзитную инженерию. — Квамодиан не добавил, что выпускных экзаменов не выдержал. — Этот тессеракт похож на копию рабочей модели. — Внезапно к нему пришла мысль, от которой перехватило дыхание. — Возможно… мне удастся закончить его!
— Все уже готово к испытаниям.
— В чем же дело?
— Мы не можем испытать передатчик, пока не определим, где находимся. — Она прислушалась к писку роботов. — Инспектор считает, что эта звезда — та самая блуждающая, которую нашел Ястреб. Если это верно, мы можем довольно точно определить расстояние до терминала на Эксион-4. Но расстояние — это еще не все, нужно задать направление, а у нас нет ориентиров.
— Я обладаю… — Квамодиан прикусил язык. — Раньше у меня было особое свойство, я умел определять направление. Правда, трансфлексный переход создает помехи. Как правило, по прибытии на станцию назначения все приходит в норму. Но на этот раз… — Он печально покачал головой. — На этот раз мое чувство ориентации так и не пришло в норму.
Повисла тишина. Потом загундосили роботы, запищали многоноги. Девушка побледнела.
— Монитор, инспектор вспомнил один рапорт, связанный с экспериментами по вашему феномену. Часть экспериментаторов убедилась, что вы обладаете даром воспринимать завихрения гиперпространства, другая часть считала вас обманщиком. Сейчас самое время испробовать ваш дар, если вы в самом деле им обладаете.
— Я попробую, — пробормотал Квамодиан. — Но я все равно ничего не чувствую.
Он попробовал наугад. От напряжения его затошнило, закружилась голова, он покрылся холодным потом. Берег накренился, черные вершины скал повисли над самой головой. Кровавое солнце закружилось волчком.
— Бесполезно, — выдохнул он без сил. — Я даже не знаю, что нужно делать. Как правило, я просто чувствовал направление и все. Или я его чувствую, или нет.
Роботы, поскрипывая, подобрались ближе.
— Попробуйте еще раз! — отрезала Клотильда. — Или вам больше нравится здесь?
— О Альмалик! — В нем проснулся гнев. — Вы что думаете, я не хочу добраться до Земли, спасти Молли…
С ним что-то произошло, когда он произнес эти слова. Берег обрел устойчивость, багровое солнце заняло положенное место, головокружение прошло. Он совершенно точно знал, где находится.
— Вот где Эксион. — Он показал на небо. — Вправо от солнца. Нужно продолжить линию экватора на полдиаметра. Галактика — пониже, над морем.
— Монитор, вы уверены?
После этих слов уверенность Квамодиана несколько поблекла.
— По-моему… — жалкая пауза, — по-моему, я не ошибся.
Клотильда Квай-Квич и роботы отошли к подножию башни посоветоваться без посторонних, Два многонога остались на страже возле Квамодиана, словно боясь, что он бросится наутек. Роботы пищали, Клотильда что-то шептала им, и, наконец, все они вернулись к Квамодиану.
— Мы обсудили ситуацию, монитор. Мы не уверены, что ваша способность угадывать направление позволит нам правильно настроить приборы станции. Если терминал работает, блуждающая звезда может помешать покинуть планету. Инспектор предлагает провести испытание станции. Вы согласны?
— Конечно. — До сих пор ему не приходило в голову, что звезда может вмешаться. — А какова вероятность… — Он посмотрел на протуберанцы и не договорил.
— Мои помощники не рискуют делать прогноз. — Она нахмурилась совсем как Молли. — Эту звезду нельзя отнести к определенному типу мыслящих звезд. Ее возможности неограничены, мотивы поступков нам непонятны. Она практически ничего не знает о других существах, особенно о людях. Поэтому ее поступки могут быть как гуманными по отношению к нам, так и ужасными. Или просто безумными. — Она пожала плечами. — Кто знает, чего нам ждать?