— К черту!
— По соглашению, — бесстрастно пропел робот, — вы не имеете права требовать. Я могу помочь, но добровольно. Это будет частью моего отправления религиозных обрядов.
Он подумал еще секунду, по плазменному овалу в бешеном темпе проносились разноцветные световые волны. Потом он загорелся ярким желтым светом.
— Я выбираю действие. Будьте добры, вскарабкайтесь мне на спину, монитор. Мы отправимся к месту происшествия. Ибо во истину, нам угрожает опасность. Родилась блуждающая звезда, и она взрослеет!
12
За это время существо успело подрасти, хотя его эффекторы еще не достигли Солнца, а тройной ответ светила был еще в пути. Оно миновало декартовскую стадию «Я мыслю, следовательно, я существую», возведя этот краеугольный камень, предпочло на время отложить исследование себя и заняться окружающим миром. ТЬМА. ОДИНОЧЕСТВО. МИКРОЧАСТИЦЫ. Оно обнаружило, что частицы организованы в макроструктуры. Существо не знало определений «материя» или «вещество», но сразу сообразило, что частицы эти действуют как векторные отрезки. ТЕПЛО. ИЗЛУЧЕНИЯ. Оказавшись без теплой оболочки инкубатора, существо принялось искать источники энергии, подключаться к ним, использовать их.
Я двигаюсь, подумало ОНО, и это была настоящая, подлинная мысль, соединявшая в себе понятие «Я» и производителя действия. Оно поплыло вдоль туннеля, в поисках новых ощущений и новых возможностей. ТЯГОТЕНИЕ ГРАВИТАЦИЯ. ДВИЖЕНИЕ ВВЕРХ. Оно проникало сквозь материальные препятствия или сметало их с пути. Позади оставались горящие двери, остатки полок с инструментами и материалами. ИСКАТЬ. ИСКАТЬ. Теперь оно ощущало цель, оно дало своим действиям название. Искать — но что? Оно потянулось к родственному сознанию, бесконечно далекому, но ревниво следящему за ним.
Оно почувствовало присутствие особого излучения, имевшего собственную структуру. Матрицы строения, которые были неслучайны, несли смысл. «Я»?
Существо замерло, впитывая слабые токи ощущений приходившие издалека. Положительный ответ. «Я», но не — «я», а именно «Я».
Оно поняло — в этом мире живут другие существа, соперники в борьбе за пространство, вещество, энергию… или товарищи.
Молли в верхней пещере очнулась от обморока и застонала в ужасе — Нечто исследовало ее. Нечто, порождавшее страх. Совершенно чужое, подобного которому в этом мире еще не бывало.
13
Молли задрожала, пришла в себя. Она лежала на сломанном табурете, ножка больно упиралась в бок расщепленным концом. Отовсюду слышалось шипение, треск коротких замыканий, щелчки остывающего раскаленного металла. Бледно-голубая корона вокруг золотого шара превратилась в сеть то разгорающихся, то гаснущих огней. Они трещали и шипели, откуда-то тянуло ядовитым дымом.
Она потерла лоб, поднесла ладонь к глазам и увидела кровь. Но не испугалась, не удивилась. Она жива. Заговорить удалось лишь с третьей попытки.
— Клиф… где ты?
Ястреб ответил сразу, но шепотом, и это было так непохоже на громогласного, грубоватого Ястреба.
— Я… не знаю точно. С тобой все в порядке?
Она посмотрела на себя: одежда разорвана, царапины, синяки, грязь. Правда, руки-ноги были целы.
— Вроде бы. Что с тобой?
Она села, посмотрела вокруг. Сначала она его не увидела.
— Еще не знаю. На меня что-то упало.
— Ой, Клиф!
Молли с трудом встала, пробралась между разбитыми машинами и приборами. От лаборатории осталась куча хлама.
— Ты можешь двигаться? Тебе больно?
Под металлическими обломками кто-то зашевелился, и Молли поняла, что это Ястреб. Что-то придавило ему колени. Все его силы ушли на то, чтобы повернуться лицом к Молли.
— Ноги… придавило, — выдавил он сквозь зубы.
— Подожди… дай мне…
Она забыла о собственных синяках и бросилась к нему на помощь. На ноги Ястребу упала балка. Свободными остались только верхняя половина туловища и руки. Ноги прижимала к скале полутонная тяжесть балки.
Клиф обмяк, опустил голову. Немного погодя он сказал:
— Где рифник? Он поможет…
Молли беспомощно оглядела пещеру:
— Я не знаю.
— Позови его!
На крик Молли никто не ответил. Держась за стену, она встала. Дыму становилось все больше — в мастерской случилось что-то серьезное. Она чувствовала зловещее дыхание большого пожара.
Молли нагнулась, почувствовала, как закружилась голова, потянула на себя балку. Балка даже не шелохнулась. Ястреб молчал, закрыв глаза. Казалось, он потерял сознание.