— Эй, брось! — крикнул Энди. — Почему нельзя?
Флаер смягчился.
— Робот-инспектор велел следовать за ним. Если я увеличу скорость, он будет лететь за нами. — Флаер явно оттаял и был готов мило поболтать.
— Понимаете, господин Квамодиан, День Звезды еще не кончился. Инспектор не хотел бы нарушать тишину праздничного дня ревом звуковой волны. На этой планете весьма плотная атмосфера, в основном кислород (20 %), азот (80 %) водяные пары, двуокись углерода…
— Это пропусти! Атмосферу Земли я знаю.
— Конечно. Все дело в том, что при местных параметрах высоты, температуры и барометрического давления, звуковой барьер в настоящий момент чуть-чуть превышает нашу скорость. Вы сами понимаете, мы не можем лететь быстрее. К тому же, — весело добавил флаер, — мы уже прибыли.
Флаер выбрал место для посадки на склоне горы. Сесть ближе ко входу в пещеру инспектор им не разрешил. Энди и Руф выскочили из кабины и, задрав головы, рассматривали следы солнечного разряда.
— Великие звезды! — прошептал мальчик. — Боюсь, что мисс Залдивар в самом деле ранена.
— Таких сведений мы не имеем, — пропел парящий над головами робот. — Подождите на месте, пожалуйста, я сканирую.
Но Энди уже не волновало, чем занят робот. Он оттолкнул Руфа, начал карабкаться по склону, что было нелегко — местность изобиловала неровностями. Он миновал упавший с кручи электромобильчик — и узнал в груде покореженного металла машину Молли. Под гулкие удары сердца, которое чуть не выскакивало из груди, убедился, что Молли в момент катастрофы в кабине не было. Он полез дальше. Ноги деревенели от усталости, сердце бешено колотилось, дыхание с хриплым свистом вырывалось из груди.
Здравый смысл ему подсказал, что торопиться уже нет смысла. Что бы здесь ни произошло, случилось это давно. Из пасти пещеры тянулся густой коричневый дым, отвратительно воняло горелой пластмассой, и никого не было.
Он остановился, перевел дух, собрался с силами и крикнул:
— Молли? Ты здесь?
За спиной вдруг раздался мелодичный голос робота. Энди даже вздрогнул:
— Она в пятидесяти метрах вправо от вас, монитор. Как раз над нами. Но не приближайтесь.
Энди уже карабкался по гребню выступа перед самой пещерой.
— Погодите! — зажужжал робот-инспектор. — Там неконтролируемые существа — животное из космоса и… — Пауза. — И блуждающая звезда. Дайте мне их сначала изучить.
Энди только фыркнул. Он поскользнулся на гравии, сохранил равновесие и побежал дальше. Он избежал верной гибели — сразу под выступом начинался вертикальный склон в сорок футов высотой — но даже не заметил опасности. Он стремился к Молли… на помощь Молли…
Потом он остановился, словно натолкнулся на стену, и замахал руками, чтобы не упасть.
К нему приближалось нечто вроде черного гигантского головоногого моллюска. Оно летело над землей, толчками, сквозь дымовую завесу. Его трансфлексное поле бледно мерцало. Он увидел фосфорические зеленые глаза без зрачков, заметил когти и клыки, способные выпотрошить пиропода.
— Монитор, это слит! — пропел робот за спиной. — Предупреждаю, не подходите к нему близко!
Энди почувствовал во рту медный привкус страха. Он вспомнил рассказы о слитах, космических бестиях, самой эволюцией созданных для убийства. Своей мощью они превосходили все известные во Вселенной живые существа. Если слит нападет, это конец.
Но нападать зверь не собирался. Он завис, будто изучая Энди, словно зверь обладал разумом и даже сочувствовал, понимая, почему Квамодиан торопится. Потом, разрешив им двигаться дальше, слит поднялся выше, отлетел на сотню шагов.
Энди позабыл о слите, помчался к холмику, возле которого ему померещилось дыхание. Он упал на колени рядом с телом девушки, чей зов о помощи нашел его на другом конце Вселенной.
— Молли! — воскликнул он. — Что они с тобой сделали?
Он нежно приподнял ее голову и положил на изгиб локтя.
Глаза ее открылись.
Она удивленно смотрела на него, как проснувшийся ребенок. Лицо у нее было в царапинах, синяках, измазано грязью и сажей. Порыв ветра разметал длинные волосы, одежда превратилась в лохмотья. Но она неожиданно улыбнулась ему той самой своей неотразимой улыбкой.
— Это же малыш Энди, — прошептала она. — Я не сомневалась, что ты придешь.
Но улыбка задержалась всего на секунду, потом лицо ее исказила боль. Молли отвернулась и заплакала так, что у бедного Энди едва не разорвалось сердце.
— Инспектор! — заорал Энди. — Ну, где эта бестолковая машина?
Из-за большого валуна послышался голос Руфа: