— Он смылся, проповедник. Альмалик его знает, куда и почему. Он ни слова не сказал.
— Ты что там делаешь, Руф? — сердито спросил Энди. — Я тебе велел оставаться в кабине. Ладно, если уж ты здесь, помоги мне. Мисс Залдивар ранена. Нужно ее перенести… Из темноты показался человек.
— Не спеши, друг, — прогудел густой бас. — Если она пережила все это, выдержит еще немного.
Квамодиан вскочил, приготовившись к худшему. Он увидел человека с усами и всклокоченной бородой. Лицо его покрывали такие шрамы, словно он побывал под метеоритным дождем.
— Вы кто такой, черт подери? — рявкнул Энди.
— У такого малыша — и такой голос? Спокойно, спокойно, без нервов.
Он приблизился, и Энди оценил его габариты — настоящий великан. Но великан был явно подавлен.
— Мы на неприятности не напрашиваемся, — пророкотал он. — Этого добра нам хватает. Но с девушкой порядок, я ее вовремя вытащил из туннеля.
— Это вы рифник? — недовольно спросил Энди.
— Да.
— Это ваш слит следит за нами?
— Он больше не мой. Теперь он сам себе хозяин, как я подозреваю. Или им владеет кто-то другой. Меня он больше не слушает — с тех пор, как ударило солнце.
Он наклонился к девушке.
— Она в порядке, — сказал рифник, но в голосе особой уверенности не чувствовалось. — Возможно, вы правы — ее нужно увезти. И меня тоже, если не возражаете.
— Почему она плачет? — спросил Квамодиан. — Если вы ее недостаточно осторожно вынесли…
— Подозреваю, плачет она из-за Ястреба.
Квамодиан тут же взял себя в руки. Так здесь еще и Ястреб! Он совсем позабыл. Это он виноват, что Молли ранена, напугана, ей угрожает опасность. Но старая дружба есть старая дружба, и в голосе Энди была искренняя озабоченность, когда он спросил:
— А что с Ястребом? Он ранен?
— Уже нет.
— Как? Он… умер?
В голосе рифника чувствовалась свинцовая усталость:
— Гораздо хуже… Если хотите узнать мое мнение, нам лучше убираться отсюда, пока чего-нибудь и с нами не приключилось.
Вначале это было просто случайное скопление электронов, потом — новорожденная блуждающая звезда, которая только-только начала исследовать окружающую среду и саму себя. Теперь это было нечто третье. И оно следило за рифником и Энди, как они подняли плачущую девушку, спустились к флаеру, и флаер стремительно унесся.
Блуждающая звезда послала в погоню слита. Необходимости в этом не было — звезда могла бы без труда следить за флаером через зонды, которым были доступны любые точки на планете и во всей Солнечной Системе. (Она еще не пробовала «прощупать» пространство за пределами последней планетной орбиты).
Звезда заметно повзрослела.
Когда она решила «впитать» излучение одной из высокоорганизованных масс-конгломератов, это оказалось очень просто, наподобие «схватывания» или «притяжения». Это скорее напоминало слияние амебы с кусочком пищи, которую амеба заглатывала и в себе растворяла. Эффект был примерно тот же.
Личность Ястреба больше не обитала в биологическом теле. Тело успело превратиться в обугленный кусок плоти.
Но личность полностью не исчезла, хотя Ястреб перестал ощущать себя индивидом. Теперь он составлял заметную часть плазменного существа — новорожденной блуждающей звезды, успевшей вызвать гнев земного солнца.
Теперь звезда мыслила намного сложнее. Тренированный человеческий ум научил ее наблюдать, анализировать, делать выводы и… действовать.
Звезда уловила изумление далекого сородича.
15
День Звезды еще не кончился. Квамодиан, послушавшись совета Руфа, велел доставить их к Церкви.
— На вечернюю службу соберется толпа, — сказал Руф. — В больнице может никого не оказаться.
— Это просто свинство, — прошипел Энди. — Товарищество Звезды превратилось в какую-то языческую секту!
— Верно, проповедник, это вы правильно заметили. Только ничего не поделаешь, поэтому вам лучше…
— Понятно, — сказал Энди и отдал флаеру приказ, но у машины имелись возражения.
— Без специального разрешения робота-инспектора я не имею права, господин Квамодиан. Могу вернуться только к трансфлексной станции.
— Но произошел несчастный случай!
— Да, конечно. — Флаер замолчал, нейральные контуры искали выход. — С инспектором я связаться не могу, придется вернуться к станции.
— Черт бы тебя побрал! — не сдержался Квамодиан. — Делай, что тебе велят.
— …Но по пути я могу ненадолго задержаться у Церкви. Если вы в этот момент покинете кабину…