Квамодиан с благодарностью набрал полную грудь прохладного воздуха, в котором не было запаха фузоритов-Посетителей, притягивающего, как аромат лотоса.
Он сказал печально:
— Я хотел остаться, но покой Альмалика не для меня.
Он поспешил вниз по спуску, туда, где оставил Молли.
Флаер улетел, но рифник скалой возвышался над Молли.
Ночной воздух вдруг показался Энди промозглым, и он поежился.
— Что же нам теперь делать? — пробормотал он.
— Проповедник, — сказал Руф. — Мой дом — через площадь, вон там. Родители позаботятся о Молли. Я так думаю, — добавил он с некоторым беспокойством, отчего Квамодиан бросил на мальчика быстрый вопросительный взгляд. Но вслух Энди ничего не сказал.
Дома никого не оказалось, дверь была открыта, горел свет. Система жизнеобеспечения весело мурлыкала, в камине пылал уютный огонь, ароматное тепло разносилось по всем комнатам. И нигде не было ни души.
— Ничего, не обращайте внимания, — вздохнул мальчик, словно того и ждал. — Мисс Залдивар нужнее всего покой. Перенесем ее в ту комнату. А потом я попробую достать чего-нибудь поесть. Вы проголодались, наверное.
Сытый и почти успокоившийся, Энди сидел в уютном тепле гостиной. Мальчик лежал на полу перед камином, протягивая руку то за яблоком, то за грушей или апельсином. Рифник прислонился к каминной полочке, отвечая на вопросы Квамодиана.
Сначала Квамодиан взял на себя роль прокурора, оставив рифнику место обвиняемого. Но последнему такое распределение пришлось не по душе. С легким презрением в голосе рифник прогудел в ответ:
— Монитор, ответственность на себя я брать не стану. Все, что происходит на моей земле — мое личное дело, а те холмы — моя собственность.
— Новая блуждающая звезда — это всех касается! — воскликнул Квамодиан.
— Это не моих рук дело, — огрызнулся рифник. — Мисс — прелестная девушка, но кто звал ее на мою территорию?
— А как насчет Ястреба?
Рифник заиграл желваками.
— Я привез его мать с Рифов. Он мне почти что сын, но… за его поступки я не отвечаю. Разве что я позволил ему ходить в школу Звезды в свое время, хотя это и не входило в мои планы. Я думал сделать из него вольного охотника, такого же, как я. Думал отправиться в Рифы, найти ему слита-щенка и охотиться вместе с ним. Но он перешел на ту сторону ручья, начал ходить в школу по Дням Звезды. Роботы и фузориты внушили ему всякие чудные идеи. Наконец, он сам решил лететь в космос, учиться на этого, как там его, транзитника…
— Я учился вместе с ним, — сказал Квамодиан. — Он тогда был совершенно нормальным человеком.
Рифник пожал плечами, потом поморщился, погладил руку в месте, где ее стягивала повязка.
— Неважно, — пророкотал он угрюмо. — Он поплатился за свои ошибки. Он мертв. Я так думаю, во всяком случае.
— Что вы хотите сказать? — сердито спросил Квамодиан. — Он мертв или нет?
Глубоко посаженные глаза рифника пристально смотрели на Энди из-под кустистых рыжеватых бровей.
— Он уже не дышал. Это вас устроит?
— Устроит?
Рифник развел руками.
— Просто не знаю, монитор. Да, он был плох, я не дал бы ему и часа… вытащить мы его не могли, а огонь был близко… Но…
Рифник помолчал.
— Парень, — проворчал он несколько мгновений спустя, — у тебя выпить чего-нибудь найдется?
— Только молоко. Или вода. Могу приготовить чай?
Рифник поджал губы и печально покачал головой.
— Продолжайте! — велел Энди.
Рифник закрыл глаза.
— Клиф проводил опыты в своей транзитной лаборатории. Я знал, что это опасно, но не вмешивался — он взрослый человек. Был… Потом что-то случилось.
Рифник задумчиво почесал свою свалявшуюся бороду и продолжал:
— Случился взрыв. В нижних галереях стояли криомагнитные и радиационные установки, части старого военного комплекса Плана. Их почему-то не демонтировали. Я так и предчувствовал — ненадежный это был комплекс. Пока мы приходили в себя после взрыва, появилась Молли. Она плакала, грозила Клифу. Наверное, ее напугал слит. Но это было только начало. Был второй взрыв — настоящий. Не знаю, в каком именно месте. Меня ударило, осколком, наверное, и я вырубился на насколько минут…
— Я видел тройной разряд, — сказал Квамодиан. — Вы об этом говорите?
— Да, видимо. — Рифник усердно почесал подбородок. — Когда я пришел в сознание, то услышал голоса Клифа и девушки. Они были в главной пещере, и я пошел к ним. Пытался позвать слита, но зверюга совсем свихнулась от страха, вела себя непонятно, не слушалась. Раньше такого не случалось никогда. Слит был в пещере и помогал вытащить Клифа. Но было поздно, Клиф умирал.