ЗНАНИЙ, ОПЫТА. — Пауза. — ХОЧУ ВСЕ.
Солнца Альмалика засветились золотым — это было как улыбка. Из-за пылевых туч, из-за тысяч иных звезд пришел ответ:
ЗНАНИЯ ТЫ МОЖЕШЬ ПОЛУЧИТЬ, ЗАДАВАЙ ВОПРОС.
ЗАЧЕМ ТЕБЕ МЕНЯ УНИЧТОЖАТЬ? — сразу же спросила блуждающая звезда.
Беззвучный голос Альмалика был спокоен, как прохладный воздух, в нем чувствовалась бесконечная уверенность.
МАЛЫШ, МЫ НЕ ХОТИМ УНИЧТОЖАТЬ ТЕБЯ, МЫ НЕ МОЖЕМ УНИЧТОЖАТЬ ЖИВОЕ.
Зеленая вспышка гнева ослепила звезду. Противоречие! Слова Молли противоречили словам Альмалика. Звезда не знала что такое обман, пока Молли не сказала, что любит, а потом своим поступком выдала ложь. Теперь звезда знала, что такое обман, но еще не подозревала, что всем смертным свойственно ошибаться. Противоречие означало ложь, ложь — вражду. Багровая ненависть потрясла плазменную основу звезды.
Она замкнулась в себе, свернулась в светящийся клубок, погрузилась в недра горы. Планета как раз начала поворачиваться этой частью к зловещему утреннему солнцу.
Великолепие Альмалика исчезло. На некоторое время.
Звезда подплыла к Молли. Высоким певучим голосом робота она воскликнула:
— Мы уходим. Альмалик солгал. Я его ненавижу.
Измученная Молли лежала на подушках сиденья и смотрела на звезду.
— Я ненавижу Альмалик. Он думает, я маленькая, беспомощная. Но я расту. И буду дальше расти, пока не стану сильнее Альмалика.
В опаловом свете облака лицо девушки казалось мертвенно-бледным. Оно ничего не выражало. Молли равнодушно ждала, что еще скажет ей звезда.
— Я уничтожу Альмалик. И тогда ты полюбишь меня, Молли. Или я уничтожу и тебя.
21
Энди посадил флаер перед куполом контроля движения у станции трансфлекса и процедил сквозь зубы:
— Контроль движения! Соедините меня с Главным Штабом Товарищества Звезды! Альмалик-3.
— Ваши полномочия, сэр? — вежливо поинтересовался купол.
— Полностью уполномочен! Высшая первоочередность!
— Одну минуту, сэр, — с сомнением сказал купол и секунду спустя сообщил: — Ищу ваш контур. Мы работаем с опозданием в двести секунд. Вы можете обождать?
— А что мне остается? — проворчал Энди и мрачно погрузился в объятия кресла. — Воинственные звезды, грубияны-рифники — с кем только не приходится иметь дело!
Ответа не требовалось. Если это нужно, чтобы спасти Молли, он готов смириться.
На другом конце площади показалась маленькая бегущая фигурка. Подошвы взметали фонтанчики пыли, и когда мальчик достиг флаера, он совсем запыхался:
— Проповедник! — выдохнул Руф. — Где же мисс Залдивар?
— Все еще в пещере, — коротко ответил Энди. — Я так думаю. Потому что я ее не видел.
— Тогда… что вы будете делать?
— Ждать.
Но ждать долго не пришлось. Загудел громкоговоритель, и голос, принадлежавший явно не человеку, пропел:
— Товарищество Звезды. Говорит главнокомандующий отдела мониторов. Чем могу быть полезен?
— Можете послужить наилучшим образом, — воинственно заявил Энди, — если пришлете сюда аварийную бригаду. Говорит монитор Андрэ Квамодиан. Прошу… нет, отбой… Требую немедленных чрезвычайных мер!
Голос ответил с некоторой печалью:
— Ах, это вы, монитор Квамодиан! Мы уже приняли к сведению ваши сообщения.
— Ха! Еще бы! — рявкнул Энди. — На свободу вырвался искусственный разум в форме блуждающей звезды. Я потребовал у местных властей применить силу. Несколько человек и других живых существ уже пострадали в результате преступного эксперимента. Все это в моем рапорте. И вы его проигнорировали.
— К сожалению, монитор, мы не увидели причин к действию.
— Думаете, я ошибся?
— Не «ошиблись», монитор, а просто необходимость жестких мер мы оцениваем намного ниже, чем вы.
— Понятно, — фыркнул Энди. — Тогда взгляните с другой стороны. Монитор Товарищества Звезды страдает параноидальным психозом. Он уверен, что на него и его друзей напали чудовища. В безумии он способен на акты насилия. Это повлечет дискредитацию статуса Мониторов Товарищества. Ваша оценка необходимости жестких мер?
— Монитор, это просто ужасно! Мы немедленно высылаем аварийную бригаду! Кто же этот психически пострадавший монитор?
— Я, — отрезал Энди и отключил связь.
Флаер они оставили посреди площади перед воротами трансфлекса. Флаер тихо ворчал:
— Какая глупость! Вас выставят из мониторов, как пить дать. Что я тогда буду делать? Возить каких-нибудь туристов…