Посуда легонько звенит о стеклянную поверхность и немного раздражает меня.
— А что не так с этим диваном? — Кивок в сторону жилой зоны, где обычно смотрю телевизор или зачитываюсь книгами.
— Иди, посмотри.
Рассказывать нет смысла, когда можно просто подойти и посмотреть.
— Ничего себе! — Доносится удивлённый восклик подруги.
Я усмехаюсь её смешной реакции. Этот этап принятия я уже пережила пару недель назад, когда случайно допустила ошибку с новым моющим средством. Я испортила рыжую кожу дивана, который идеально сочетался с бордовыми стенами моего дома. Но что сделано, то не исправить. Пришлось смириться с гибелью и без того старой мебели.
— Что ты с ней сделала?! Ладно, купи новый, у этого больше шансов нет.
Я самодовольно улыбаюсь. Мне не требуется одобрение подруги, чтобы купить новый. Но раз она не спорит, решаю, что сделаю это сегодня же.
Мы с Ольгой знакомы со школы, но в троем дружим с недавнего времени: я, она и агорафобия. С последней мне, признаюсь, тяжело. А сложнее всего не жить с недостатком, болезненью, называйте как хотите: раздражает мир, который хочет избавить меня от него. Психологи, психиатры, родители и, в конце концов, друзья, которые должны понимать какого мне. Лечение и избавление превращается в пытку, от которой хочется избавиться сильнее, чем от самого недуга.
Пью лекарство, что мне прописали. А Ольга ждёт, пока я удалюсь в туалет, чтобы проветрить студию. Она часто навещает меня, старается. Я благодарна ей, но иногда мне хочется просто забить на всё и лежать днями, не вставая с постели.
После того как мы немного провели время вместе, подруга уходит, а я остаюсь в студии, переодеваюсь в обтягивающие лаггинсы и чёрную майку. Надеваю резиновые перчатки и начинаю уборку.
Это снимает у меня напряжение, освежает и придаёт моему жилищу чистоту. Ароматный шлейф держится долго. Хочется жить в этом, дышать.
После влажной уборки я поливаю растения, привожу в порядок классическую библиотеку, мою любимую, и убираюсь на кухне. Затем меняю постельное бельё, загружаю стиральную машину и пытаюсь не думать под её шум.
Включаю телевизор, чтобы отвлечься, и сажусь на диван. Сиденье проваливается, и я падаю внутрь, словно на дно жесткого ведра. Тут же поднимаюсь, вспоминая, что надо проверить списки. Продуктов должно хватить ещё на несколько дней. Особо не сосредотачиваясь на том, что и где пропало, я беру яблоко из холодильника и возвращаюсь к дивану.
Он не изменился. Всё такой же удрученный и измученный задницами своих хозяев. Жалкое зрелище. Но настало время его заменить, отправить отслужившее на свалку и дать место новому.
Я сажусь за рабочий стол, включаю компьютер. Нахожу поисковик и ввожу запрос: новый двухместный диван. Почему новый? Размышляю, хватит ли мне денег. Нет, денег не хватит, а искать на сайтах смысла не вижу. Ищу подержанную мебель в онлайн-магазине.
То на одной странице слишком большой ценник, то на другой диван похуже моего кожаного. В профиле у третьего продавца фотографии не видно. Поиски затягиваются и принимают комичность. Неужели нет ни одного более-менее целого?
Есть. Ярким пятном бросается в глаза один из них. Ярко-зеленый и чистый, словно новый, он имеет больше всего лайков от потенциальных покупателей. Но почему-то все еще висит под штампом: «Продается».
Захожу в комментарии и ничего не вижу. Одни удалённые сообщения. Не понимаю зачем, пишу владельцу. Он отвечает почти сразу, чем удивляет меня.
«Да. Диван всё ещё продаётся. Интересует?»
«Могу узнать, почему до сих пор не продали? Цена и внешний вид меня устраивают. Любопытно, почему не взял никто.»
На этот раз с ответом затягивает, но пишет, пусть и медленно. Приходит сообщение, которое я тут же открываю.
«Я скажу вам правду, но боюсь, что вы тоже откажетесь. Или, если вы не суеверны, то нет. В любом случае, я не буду врать. Этот диван принадлежал мужчине, который умер месяц назад. Его нашли убитым на этом диване. Так что...»
Меня позабавила история, но не напугала. Мне всегда казалось, что подобные рассказы должны привлекать клиентов. Некая таинственность и изюминка, но не всем подходит. Видимо, мысль о том, что на диване умер человек, должна отпугивать. Но меня это не впечатляет, и я довольно равнодушно отвечаю продавцу с никнеймом Эрнест.
«Не вижу в этом ничего отталкивающего. Я беру диван.»
Продавец явно не может поверить в это, так как отвечает не сразу. А когда приходит следующее сообщение, называет в нем цену меньше, чем была указана на карточке. Я радуюсь и улыбаюсь своей удаче. Почти новенький диван и за копейки, это успех или чистой воды везение.