Во мне не было страха жить одной, и все те месяцы, что проводила наедине с собой, не напугали. А сейчас я понимаю, что начинаю бояться, и это ненормально влияет на меня.
Я прихожу в себя и собираю по осколками то, что растеряла в странном случае в ванной. Будто наказывая маленькую комнату, я достаю химию. Надеваю резиновые перчатки и натираю все поверхности. В голове возникает образ злодея, которого я пытаюсь убить, содрав кожу. Представляю кровь, и меня чуть не вырывает в белоснежную раковину.
Понимаю, что уже поздно. Бразильский карнавал в моей постели никак не поднимает мне настроение. Мрачная и сонная, я кутаюсь в одеяло, позабыв о том, что сейчас лето. Мне холодно, и я пытаюсь пережить это до утра.
Но утро не наступает. Я просыпаюсь на этот раз без кошмаров. Меня беспокоит шум, от которого я пытаюсь избавиться уже несколько лет. Он мой недруг, но живёт со мной в одном доме. Я закрываю уши, чтобы не слышать и не думать. Но, кажется, тревога и страх уже проникли в мой мозг и не собираются его покидать.
Поднимаюсь с кровати и иду к ванной. Дверь закрыта, но за ней как будто кто-то есть. Барабан стиральной машины крутится, и с каждым её ударом моё сердце забивается быстрее. От испуга я не делаю шаг вперёд, но и назад не отступаю.
— Кто здесь? — спрашиваю полушепотом. — Как ты попал сюда?
Очевидно, что никак. Я была в безопасности. Дом был защищён, и ни один вор не пробирался в здание. Но ощущение присутствия второго человека рядом не покидало меня.
Шум прекращается, но страх возрастает вдвойне. Я словно знаю, что в тишине страшнее, и можно ожидать чего угодно. Молюсь про себя и вхожу в комнату. Включаю свет. Запах хлорки бьёт в ноздри, обжигая неприятными нотами химии. Стиральная машина стоит в тишине. В барабане пусто, вода в ней уходит медленно. Значит, мне не показалось.
Не знаю, куда себя деть. Возвращаюсь в комнату, включаю телевизор. Мне не важно, какой канал будет отвлекать. Я соглашаюсь на случайный и сажусь на диван. Но тут же встаю.
Странное и мерзкое чувство не позволяет забыть. Сжимаюсь от нешуточного накала эмоций. Снова моя рука дрожит. Я касаюсь ткани, которой наслаждалась ещё днём. Но на этот раз ощущаю лишь лед. Диван источает холод, от которого хочется бежать.
Глава 3. Это уже не смешно.
Это уже не смешно. Второй день электроника сводит меня с ума. Я просыпаюсь по ночам от включенного телевизора, компьютера и вытяжки. Они включаются и выключаются, когда хотят, словно живут своей жизнью или оживают от непонятной силы.
Свет играет со мной, будто хочет передать что-то азбукой Морзе. А я даже не думаю расшифровывать. Просто боюсь и стараюсь не сойти с ума.
Единственное, чему радуюсь, это стиральная машина. С неё началось безумие, на ней оно и затыкается. Но только ненадолго. Этого хватает на час или два, а затем все начинается по новой. Я оставляю барабан открытым, чтобы система не работала. Помогает, но не от шумов другой породы.
Короткие, но яркие постукивания раздаются по всему дому. Они проявляются с разной интенсивностью: то громко, то тихо. Я не удивляюсь очередным шорохам в бельевом шкафу, кухонном гарнитуре и в местах, скрытых от глаз, но не от ушей.
Сначала мне кажется, что дело в проводке. Сбой или ошибка в системе. Мали ли что двигает приборами, заставляя их сводить меня с ума. И в первую очередь я считаю нужным написать компании по производству бытовой техники. Прикрепляю письмо к готовому заказу и отправляю его к заказчику.
Жду ответа. Выпускаю пар, разгребая гардероб и личные вещи. Копятся два пакета с ненужными шмотками, которые не представляют для меня особой цености. Среди них есть совсем новые, красивые и нарядные, подаренные и купленные через онлайн магазин.
Понимаю, что мне все это не нужно. Я же не покидаю эту студию вообще никак. Так куда и зачем мне наряжатся? От мысли, что пропадаю в маленьком мире, не вижу внешний мир, мне становится грустно. Хочется выйти и погулять в обновке или сходить в клуб с Ольгой. Жаль, что одного желания недостаточно.
Борьба с внутренними страхами все ещё идёт. Она продолжают держать меня в заточении. Новые проблемы с обстановкой не пугают сильнее, чтобы я ушла.
Если бы я была похрабрее и сильнее, то давно покинула бы эти стены. Но раз это невозможно, мой мозг ищет оправдания, логические объяснения тому, что нельзя объяснить.
Звоню другу и соседу по совместительству, Лиаму. Он легок в общении, смешной и не будет задавать лишних вопросов. Ольга говорит, что он влюблен в меня, но мне от этого ни холодно, ни горячо. Пусть любит.