Все остальные мужчины в основном занимались караульной деятельностью. Посменно патрулировали объект (здание) их вынужденного проживания. Чтобы мезотермики не смогли воспользоваться беспечностью людей и проникнуть в здание в ночное или дневное время, сломав одну из множества закрытых дверей или оконных решёток с фанерой. А такие попытки были постоянны: приходилось тщательно следить за целостностью дверей, окон, выявлять место очередного проникновения, уничтожать наглецов и укреплять здание ещё сильнее. В нагрузку наблюдали из различных подготовленных точек за происходящим снаружи. Так было выявлено местоположение мест, где каннибалы прятались от холода.
Немного обнадёживал тот факт, что после того, как Евстафий сдох, каннибалы, опять стали разобщены. Сбились в отдельные крупные и не очень стаи. А так как это произошло на небольшой территории, то у них опять началась борьба за охотничьи угодья. Во время этой борьбы, большие и сильные уничтожили средние и мелкие стаи. Более сообразительные покинули центр города, переместившись на окраины или за его территорию. Поэтому с каждым днём каннибалов становилось меньше. Вот только этот процесс шёл слишком медленно и мог затянуться до лета. В итоге останется в центре города самая крупная и сообразительная стая, что может оказаться ещё хуже, чем множество тупых созданий, так как к тому времени люди будут вынуждены выйти наружу, когда закончится пища и вода.
Ещё хорошей новостью стало наступление действительно зимних холодов. Минусовая температура под минус двадцать не давала особо развернуть воинствующую деятельность каннибалов. Мезотермики по большей части прятались от холода. Но только стоило высунуть людям нос из своего здания, как откуда ни возьмись, набегало не меньше сотни голодных желтолицых.
После наблюдения в течение нескольких дней, через проделанные отверстия в фанере, закрывающей все окна, было видно, что большая часть мезотермиков прячется в котельной, откуда идёт газовое отопление всего здания. Дверь в котельной, хоть и закрывалась доводчиком, для умных тварей это не было проблемой.
Выявленные несколько гнёзд каннибалов не давало ответа – как стая узнавала, что люди предприняли попытку покинуть здание. Все усилия добраться по коридору, сделанного из решётки до забора, заканчивались провалом, так как её буквально через минуты три облепляли со всех сторон мезотермики, которые, просунув руки сквозь решётку, делали передвижение по этому коридору практически невозможным. Стоило попытаться расстрелять прибежавших желтолицых, чтобы освободить свой путь, как их появлялось ещё больше. Прибегали на выстрелы особи даже с отдалённых участков. Вскорости их становилось так много, что приходилось ретироваться обратно в здание, где вести себя тише воды, чтобы не провоцировать сотни каннибалов, бегающих вокруг здания в поисках лазейки, чтобы попасть внутрь.
Но, как говорится, «Сколько верёвочке не виться, а конец всё равно будет», так и долгое и упорное наблюдение под разными ракурсами за окружающим миром снаружи дали свой результат. Была выявлена фишка, а затем после проверки на живца (попытались покинуть здание через переход) вторая. Фишка – это каннибал, засевший в соседнем здании и наблюдающий за переходом из решёток от здания к бетонному ограждению.
Первый наблюдатель находился на территории института в соседнем пятиэтажном здании на четвёртом этаже. Расположился он очень грамотно, среди хлама из стульев, глубоко внутри здания, и заметить его было практически невозможно. Так обычно делают свою лёжку опытные снайперы. Его смену производили осторожно, передвигаясь практически ползком, один раз в сутки. После чего наблюдатель замирал, как это умеют делать очень хорошо мезотермики. Не отлучался по нужде, сидел неподвижно, практически сливаясь с окружающей его обстановкой.
Второй наблюдатель находился за пределами военного института, а именно через дорогу на пятом этаже здания с красной вывеской «Restaurant». Это было здание гостиничного комплекса, примыкающего вплотную к «Губернскому рынку». Там за практически чёрным остеклением, фишка почти не пряталась, думая, что её снаружи не видно. Так и было, коричневое покрытие стекла отражало свет, можно сказать, было зеркальным, не давая возможность разглядеть, что находится за ним. Но при определённом освещении и угле обзора это стекло всё же приоткрывало свою тайну, правда ненадолго, солнце постоянно находилось в движении. Но этого короткого мига хватало, чтобы острый и внимательный глаз заметил наблюдателя и пометил место и время в блокноте.