Теперь стало понятно, как мезотермики, находясь в своих логовах узнают, что люди покинули здание и пытаются перейти по переходу к забору. Встал вопрос, да не один. Первый, как отреагируют каннибалы, если наблюдатель резко умрёт, есть ли у них постоянная связь. Второй, как убить спрятавшихся наблюдателей.
Из оружия самыми тихим были винторезы. Но у них отсутствовала оптика для снайперской стрельбы. Если в наблюдателя, засевшего в гостиничном комплексе, вполне достаточно отработать из винтореза без специальной техники (там расстояние в самый раз, метров сто – сто двадцать от силы и можно обойтись без оптических приборов), то в засевшего на территории военного института попасть со специальной оптикой затруднительно, а без неё так вообще практически невозможно. Расстояние до него небольшое, метров сто пятьдесят, двести, но вот угол выстрела был совершенно не удобный. Каннибал так хорошо расположился, что из-за хлама у него торчала лишь макушка головы. Промажешь с первого выстрела – сразу смекнёт что к чему и заляжет, тогда его только гранатомётом достанешь. А от него шума много, да и нет его в оружейке Евстафия. Место дислокации наблюдателя сменят, сделают место лёжки ещё хитрее, ищи его потом неделями.
Валить обе фишки нужно одновременно, желательно на восходе, когда солнце только выходит из-за горизонта, но ещё не показало свои лучики. При этом вокруг уже достаточно светло, а стёкла не отражают свет солнца. Это очень маленький промежуток времени, и им необходимо воспользоваться как можно результативнее. Ещё с погодой должно повести. Желательно безветренное, ясное, очень морозное тихое зимнее утро, чтобы пуля шла ровно, а цель не шевелилась.
С оптикой подсобил шеф-повар Дмитрий. Идея оказалась до безумия простой и эффективной. На винторез крепилась одна из створок охотничьего бинокля, получался монокуляр. У Евстафия было много товаров из охотничьих магазинов, испытывал он слабость к ножам и оптике. Бинокли имелись какие хочешь, а вот прицелы только коллиматорные. С помощью разобранного бинокля сделали монокуляр, а им особо не прицелишься: нет прицельной сетки. Но это оказалось не бедой. К стволу дополнительно крепилась хорошая лазерная указка, для неё двести метров – не дистанция. На таком расстоянии указка давала чёткую красную точку без рассеивания. А вот с помощью самодельного монокуляра, эту точку отлично видно до полукилометра. То есть лазерная точка ложилась отлично на макушку наблюдателя, а он об этом даже не подозревал. Оставалось только пристрелять всё это приспособление, чтобы в «X-day» оно не подвело и выстрелило точнехонько туда, куда надо.
Как только всё было готово для того, чтобы снять наблюдателей, затем добраться до КАМАЗа, завести его и погрузиться в него быстрыми темпами, погода как назло испортилась. Целых два дня сыпал снег, дул пронзительно холодный ветер, видимость была совсем плохой, о прицельном выстреле не могло быть и речи. Все расслабились, в такую погоду каннибалы практически не высовывали носа из своих нор.
Люди в замке Евстафия занимались тем, что проверяли, всё ли упаковали, из того, что было решено взять с собой, не забыли ли чего. Делали ручки на упаковках для удобства переноски. Погрузка должна пройти очень быстро, поэтому все, кто был на ногах, привлекались к ней по максимуму. Чем быстрей пройдёт погрузка, тем больше шансов на успех. Всем до зуда в костях хотелось побыстрее покинуть покои Евстафия. Недоволен был лишь Алексей Владимирович, так как большинство так ему необходимого медицинского оборудования оставалось на месте. Кунг КАМАЗа не резиновый всё взять с собой не получится, особенно громоздкую и нежную медицинскую аппаратуру. Профессора успокаивали, что обязательно ему достанут всё необходимое для исследования рядом с домом. В том районе находилось две большие больницы, в которых можно было достать оставленную у Евстафия аппаратуру.
Необходимо учитывать тот факт, что КАМАЗ, стоящий возле ограды института, долгое время не работал, располагался на открытом воздухе, на морозе. Поэтому первым делом требовалось добраться небольшой группой до машины, протянуть электрический удлинитель. Откопать её, на это имелись специальные лопаты для снега. Подсунуть под двигатель две электрические плитки, на которых обычно готовили еду, подключить их к удлинителю. Электрические плитки работают бесшумно. При этом их тепло поднимается вверх, прогревает двигатель, а главное, застывшее от холода масло. Затем, как двигатель прогреется, завести КАМАЗ, хорошенько прогреть, после чего начать погрузку. На всё это необходимо время, а сколько у них его будет, после того как фишки отдадут богу душу, было не известно. Поэтому приходилось идти на риск.