– Обязательный взнос для свободных артельщиков увеличили. Деньгами – на четвертую часть, товаром – на треть. А скупать сырье и товар на продажу в следующем году будут дешевле.
– Так это же для артелей – смерть! – поразился Хольда. – Они и так уж из последних сил тянулись, а теперь… К городам прибиваться?
– Так и у городов карман не бездонный – всех прокормить, – Хьялмар покачал головой. – Я вот больше никого принять не смогу. Ховскооды той рукой, что загребают, все больше берут, а из той, что расплачиваются, все меньше падает. Склады, говорят, заполнены, металл подешевел, горючий камень – тоже. А с тех пор, как полгода назад начали товар через Диверт возить, так и вообще…
Он наклонился пониже и продолжил в полголоса:
– Только пургу Войга метет. Хоть и идут подводы на юг одна за одной, а не падают цены. Наоборот – все растут. Мне тут кое-кто надежный сообщил, что Войгу даже в Аверд вызывали. Так он им там целый список выставил: и повозки изнашиваются, и Диверту платить за хранение груза… В общем, много всего.
Вольги тоже подались вперед. Один Эвха продолжал дремать на своем месте. Или делал вид, что дремлет, кто его, старого знает.
– И еще вот что, – Хьяльмар заговорил еще тише. – Есть у меня сведения о том, что кое-кто в Аверде заметил, что раньше кованные ножи точили раз в два года, а теперь – в полгода раз точить приходится. И что на обогрев дома раньше хватало десяти мешков горючего камня, а теперь – тридцати хватило бы. И что мебель из твоего, Увриг, леса стала за десяток лет скрипеть и рассыхаться, а раньше про такое и не слышали. И этот кое-кто уже начинает потихоньку интересоваться, как это такое может быть и как на самом деле быть должно.
– Я скажу тебе как такое может быть, – не выдержал Хольда. – Сколько уже ходит разговор о том, что Ховскооды закупают у нас дерево и руду за бесценок и держат на складах? А на продажу гонят то, что за прошлые годы не распродалось! А ты подержи дерево без ухода на воздухе пару лет – что с ним будет?!
– Ходит-то он, конечно, ходит, разговор этот, – покачал головой Увриг. – Но, сам знаешь, тут все накрепко схвачено. Доказательств нет. Ну, продаст какой гельд в Хейране или в Аверде лежалое сырье – и что? Может, он сам его на складе передержал. Или в Диверте груз перележал, пока отправки ждал – пойди, разберись! Да и не дураки Ховскооды, никаких гельдских проверок давно не боятся. Кому нужно давно уже масла щедро подлили, чтобы не скрипело.
– И у нас тут тоже сил нет, чтобы помешать, – кивнул Увва. – Пожелай завтра Ройзель торговать с кем-то напрямую, минуя Ховскоодов, те соберут Толльгеву. А против Толльгевы идти – это не то, что против Ховскоодов. Таких и свои не поймут. И не поддержат.
– Верно говоришь, Хьяльмар – снова подал голос Эвха. – Против Толльгевы выходить не дело. Да и между собой гедарам враждовать не следует. Ховскооды – ветвь славная. Это они к гельдам безоружными вышли, они на себя всю вину нашу взяли. Север благодаря им свободен. Не силой они власть забрали – сами мы, Увва и Вольга, им ее отдали. Потому что кажому свое: кому в лесу дерево рубить, кому в горе железо плавить, а кому за столом нужные разговоры вести. А возьмешь на себя чужое дело – только погубишь.
Увриг махнул рукой и принялся наполнять опустевшие стаканы.
– Да где уже те Ховскооды, Эвха?! В песнях твоих только и остались. А сейчас Ховскооды – это Войга, тульд жирный. Хова!
Вайга вспыхнула и стаканы громко ударились друг о друга с деревянным стуком. Эвха открыл глаза и подвинулся ближе к остальным.
– Войга с подручными – это не все Ховскооды, Увриг.
– Пусть так. Но с ним-то что делать?
Эвха взял в руки вусель и тихо провел пальцами по струнам.
– Я тебя с молодости учил – дерево, которое гниет изнутри, рубить не нужно. Оно, падая, много народу может покалечить. Оставь его как есть – и оно упадет само.
– Как бы гниль эта на весь лес не разошлась, Эвха.
– А на то ты и гевл над Вольгами, чтобы за лесом следить, – засмеялся старик. – Не пускай гниль в здоровые деревья, а трухлявые сами завалятся.
– Ох, и хитер же ты, старый! – рассмеялся Оццель. – Хитрый да умный!
– А глупые, Оццель, на севере до моего возраста и не доживают, – ответил Эвха и снова тронул струны, уже веселее.
Хьяльмар, прищурившись, внимательно посмотрел на него:
– Вижу – придумал ты что-то, старый. Рассказывай, не тяни скельда за хвост!
– Может и придумал… – вусель снова брякнул перебором звуков. – Да только торопливая мысль, она же как ненастоенная вайга – ни пользы от нее, ни радости, одни мучения потом да головная боль. Вот пусть и побродит ночку. А завтра пойдем в лес новую заимку смотреть – и поговорим на воздухе. Там нас если какой стогга в берлоге под снегом и услышит – точно в чужие уши не разнесет… А давайте-ка лучше споем?