– Вас ждут…
– Да, да, конечно, – опомнился посетитель.
Когда за его спиной закрылась входная дверь, он, привыкая к прохладному полумраку, остановился и тихо прошептал:
– Вот это да…
Зал первого этажа имел идеальную круглую форму. Следующие этажи поднимались кверху высокими галереями, оставляя центр свободным. Откуда-то с высоты сквозь большое стеклянное окно лился спокойный утренний свет, освещая стоящий в центре зала большой круглый помост, укрытый сверху стеклом.
– Доброе утро! – громко произнес гость.
Ничего, кроме собственного голоса, эхом отразившегося от стен, он в ответ не услышал. Постояв еще немного и ничего не дождавшись, он подошел к освещенному помосту и, пораженный, застыл на месте.
Под стеклом разместился настоящий город. Огромный, необыкновенного вида город, воспроизведенный в мельчайших деталях. Здания, улицы, даже деревья парков и аллей – все было настоящим, живым. В каналах и фонтанах бежала вода. Казалось, еще секунда и разбуженный утренним солнцем, этот необыкновенный город оживет, наполнится звуками и шумом множества голосов.
Не веря своим глазам, посетитель протянул руку и, коснувшись пальцами теплого стекла, прошептал лишь одно слово:
– Ордагеда.
– Мы восстанавливали ее по уцелевшим рисункам и обрывкам описаний которые удалось найти, – прозвучало вдруг из полумрака. – Спасибо, вы только что показали, что тридцать лет нашей работы не пропали зря.
Множество зеркал блеснули на галереях, поворачиваясь, разбивая падающий сверху свет на части, разливая его по всему залу.
Прищурившись, посетитель повернулся на голос и увидел приближающуюся фигуру в белой одежде и алой накидке.
– Эйцвас Решевельц.
– Уж вы простите меня за это представление, уважаемый Альвиз. Но на Диверосе есть лишь три историка, знающие о гибенорах все. Вы – первый из них, и не узнать вашего мнения я не мог.
– Всегда считал себя вторым.
– Вот как? И кто же, по-вашему, первый?
– Я у него в гостях.
Эйцвас улыбнулся.
– Даже проводя жизнь в Южных лесах, вы остались отличным дипломатом.
– В этом, эйцвас, я тоже только второй. Но у меня был хороший учитель.
– И кто же?
– Я у него в гостях, эйцвас.
Решевельц расхохотался.
– Пожалуй, стоит приглашать вас почаще!
Затем он шагнул к гостю и обнял его:
– Ну, здравствуй, Эмиль.
– Здравствуй, Арман.
– Рад тебя видеть!
– Спасибо, что пригласил.
Еще раз крепко обняв гостя, Решевельц указал на макет города:
– Значит, тебе понравилось?
– У меня просто нет слов, – Альвиз снова склонился над стеклом. – Он же живой! Трава, фонтаны… Это все настоящее?!
– Конечно.
– И деревья?!
– Ну, это, на самом деле, не так сложно как кажется, – Решевельц обошел макет и указал на высокую ступенчатую башню, возвышающуюся над ним. – Лучше взгляни вот сюда. Вот это на самом деле было сложно.
Гость посмотрел туда, куда он указывал, затем покачал головой.
– Вход. Вы воспроизвели арку?
– Вплоть до мельчайших деталей узора. Узнаешь? Это ведь ты нашел ее в Южных Лесах. Ты впечатлен?
– Я сражен.
– Рано, друг мой, рано. Посмотри на кристаллы над силовыми башнями.
Тонкие башни – шпили возвышались по всему периметру города. Над каждой из них медленно вращался отполированный камушек.
– Мы постарались полностью соблюсти все пропорции. Написано, что силовые кристаллы были в три-четыре роста взрослого гибенора. Мы уменьшили их соответственно.
Альвиз выпрямился. Он посмотрел на Решевельца с явной тревогой во взгляде:
– Под кристаллом нет никакой оси.
– Разумеется, – кивнул тот. – Кому как ни тебе знать, что силовые кристаллы удерживались в равновесии энергетическим полем, которое…
– Арман, прекрати. Как гибеноры удерживали силовые камни на башнях, я знаю. Я спрашиваю, как вам удалось подвесить их без опоры? Вы, что, нашли уцелевшую заряженную связку?! Но это же невозможно! За столько времени без взаимоподпитки энергия бы просто растеклась в пространстве!
– Кто знает, Эмиль, кто знает… – подмингнул эйцвас.
– Но во время Катастрофы все башни были разрушены, а кристаллы – уничтожены!
– И этого мы доподлинно не знаем… Информация обросла легендами, и что правда, а что нет…
– Арман…
Решевельц, не выдержав, расхохотался, хлопнув друга по плечу. Затем он вынул из кармана плоский черный камушек и положил его на стекло. Потом из того же кармана он вытащил маленький блестящий шарик. Двумя пальцами он поднес его к камню.