– Вы опять выглядите нездоровым, – Хиетт подьехала ближе и внимательно посмотрела на его лицо. – Плохо себя чувствуете? Может, стоит вернуться?
– А кто осмотрит лес? Сигилль в городе, Айзен ее сопровождает, вернутся только к вечеру. За это время мы все успеем. Да и мне прогулка не помешает. Кстати, – он огляделся вокруг и понизил голос: – Наши санорра… Что такого они сказали ему, что он бросился ставить решетки в гарнизоне?
– Я не была при их разговоре, – Хиетт отвернулась и принялась смотреть по сторонам.
Эльдрик внимательно посмотрел на нее.
– Порой я жалею, что не могу, как они видеть, когда мне врут.
Он снова потер грудь.
– Вы тоже многое скрываете от всех, комендант, – заметила раг`эше. – Знаете, как у нас говорят? Что наши тайны – это камни, привязанные к шее.
– Осталось найти озеро поглубже… – проворчал Эльдрик еле слышно.
Некоторое время они ехали молча.
– Знаете, Хиетт, – вдруг сказал он, – я сегодня утром разговаривал с Фремм. Она рассказала, что Сигилль проплакала всю ночь после разговора с Мэй Си. А вечером долго говорила с Айзеном. Ушел он от нее весь на нервах.
– Комендант, не думаю, что мне стоит это знать…
– Брось, – Эльдрик махнул рукой. – Ты же сама завела этот разговор. Все прекрасно видишь, переживаешь за Фремм, хоть все эти годы и не говоришь ни слова. Стрелы с дерева боишься? А я ее жду. Знаешь, почему? Потому что сил моих больше нет биться головой в эту стену! Уехать им? Так Фремм с ума сойдет, я же вижу. Оставаться – сколько так жить еще? Камни, на шее, ты говоришь? Не камни страшны, а петля вокруг горла от той веревки. Она с годами все туже и туже.
Он опустил голову.
– Давайте я расскажу вам одну историю, комендант Скелл? – вдруг предложила Хиетт. -Может быть, она подскажет вам какие-то мысли? Или, наоборот, немного отвлечет от них?
Эльдрик внимательно посмотрел на нее.
– Расскажи, может, дорога не такая мерзкая будет.
Раг`эше кивнула. Она ехала неторопливо, глядя не на дорогу, а прямо перед собой, словно все, о чем она собиралась рассказать, происходило прямо перед ее глазами.
ГЛАВА 22
Это случилось очень давно. Задолго до похода за реку и большой войны. В те времена раг`эш были другими: гордыми, надменными, воинственными. Не много еще зная о мире на юге, мы при этом считали что Эшге, повелитель огня, сотворил нас особенными и дал нам власть над всеми. Управлял Ашхакаром в те годы могучий и жестокий Хеш, которого раг`эш провозгласили своим вождем.
Наши войны – ашфарты тогда были так многочисленны, что в Ашхакаре появился целый «Город Воинов», в котором они жили и непрестанно упражнялись в искусстве боя. Гедары, с которыми мы тогда уже общались достаточно долгое время, исправно поставляли для них оружие и доспехи.
За это нужно было платить. Поэтому простые раг`эш буквально разрывались на части, стараясь и прокормить вождя с его армией и собрать нужное количество шкур и мяса для отправки через Сельд в оплату за труд кузнецов.
Сами ашфарты и их многочисленные, переехавшие в Город Воинов родственники не признавали над собой никакого закона, кроме воли своего вождя, сыпавшего на них милости и привилегии. Поэтому они не покидали стен Ашхакара, либо неся службу, либо проводя время в безделии и развлечениях.
И однажды случилось так, что молодой воин обратил внимание на простую раг`эше, которая приходила чтобы прислуживать на кухне. Сначала она очень боялась, когда он обращался к ней с вопросами или говорил что-нибудь. Но как-то раз, он стоял на посту во внутреннем дворе, а она рядом потрошила доставленных к обеду птиц. Заметив, как сложно ей управляться с каменным ножом, он протянул ей свой – стальной, гедарской работы, очень острый. Она поблагодарила. Слово за слово – они разговорились. Сменившись с поста, он оставил нож ей. На следующий день она отыскала его, чтобы отдать нож и поблагодарить за помощь. Так и пошло – встретившись, они всегда находили поводы для нового свидания.
Иногда любовь неизбежна. Это был как раз тот самый случай. Спустя год молодые раг`эш сблизились настолько, что не раз уже звучали разговоры о свадьбе. Но каждый раз раг`эше меняла тему. Юноша недоумевал:
– Чего ты боишься? Я – ашфарт! Неужели ты думаешь, что хоть кто-то во всем Ашхакаре посмеет сказать тебе хоть слово, когда я назову тебя своей женой перед священным огнем?!
– Подождем, – успокаивала его раг`эше. – Всему свое время.
А времена наступали тяжелые. Слишком много оказалось избранных, которые только и делали, что бездельничали, и слишком мало тех, кто охотился и трудился, собирая запасы на зиму.