Не будь на выжившем бронескафа, не радовался бы нынче жизни. Хотя и позавидовал мёртвым.
Металл с двери оплавился, и теперь стекал жидкими раскалёнными струйками по маске.
- Кто-нибудь... - простонал пират, полагаясь на переговорное устройство, вмонтированное в шлем. - Кто слышит меня-а-а... Отзовитесь!
В ответ мертвецкая тишина, прерываемая частыми взрывами БК при детонации в ангаре.
От склада мало что осталось, но он продолжал сеять кругом панику и смерть, иначе бы осколки не осыпали поверхность вокруг ангара на пару сотен метров в радиусе.
Не дождавшись помощи, головорез нащупал зубами выпавший окурок самокрутки. Так происходило всегда, когда он испытывал страх, что помогало ему добавить уверенности. На этот раз ничего подобного не произошло - наркотическое вещество прежде попадало в организм исключительно при вдыхании клубов дыма, выдаваемых через ноздри и рот одновременно. Поэтому уловка головореза не прошла сейчас. Да и нечто противно хлипкое наполнило скаф значительно ниже, из-за чего внутри пахло так, что недолго было задохнуться.
Оставшемуся в живых следовало поспешно избавиться от него, но прежде от растекающейся двери на спине, из-за которой он чувствовал себя, словно жаркое на жаровне.
Невероятным усилием воли и с хрустом эмали на зубах, пирату удалось встать на четвереньки. Что позволило ему сбросить с себя раскалённый железа, точно камень с души.
Передвигаться стало значительно легче, но отнюдь не безопаснее. Ударная волна от продолжающихся поблизости разрывов, едва он встал на ноги, швырнула его многим дальше. И это не считая осыпавших его осколков различных по массе и калибру.
Потом ещё раз, и только при третьей попытке встать с бетона, он устоял на ногах.
Маска была тотчас убрана, и окурок задымил, как только пират прикоснулся к нему, намереваясь поджечь.
Своеобразной зажигалкой послужили раскалённые перчатки от скафа. Осмотрев их, он пришёл к выводу: если промедлит сдохнет от ожогов. Но прежде предстояло понизить температуру защитной брони.
Запустив систему охлаждения, головорез мгновенно уяснил: она, или вышла из строя, или её недостаточно для его спасения.
Выход нашёлся довольно легко, когда он заметил раскуроченный по соседству ангар с криогенными капсулами. Хотя поначалу принял испарение льда там за задымление, и возникший пожар.
Захромав туда, и попутно опираясь на Гарпун, также вышедший из строя, как и защитный скаф, выживший рухнул прямо в одну из сифонивших холодом ниш. Вокруг него сразу же образовалось облако пара, и пока шипение не прекратилось, даже не думал выбираться из скафа. Тогда как промедление в его случае было чревато. Чем - и убедился немногим погодя разбойник.
Его непробиваемый «костюм» покрылся налётом инея, а на стыках и вовсе образовалось обледенение. Иначе бы он не превратился в неподвижную поваленную статую, на которую в скором времени наткнулись владельцы вскрытого, как подумали они, им ангара.
- А это ещё что за снежный человек? Или ты снежная баба? - не признал урод оппонента, и для острастки двинул металлическим ботинком.
Напарник помог ему вытащить тяжеленного взломщика из криогенной камеры, и установить стоймя, а когда смахнул рукой при ударе по скуле налёт наледи, обнаружил у него торчащий в зубах окурок самокрутки.
Обычно с ней на Церере не расставался ни мгновения собственной жизни только один тип. И если это был он - они не ошиблись - зря вели себя столь нерадиво с ним.
- Гризли... - сглотнул пират.
- Закурить... найдётся... - сквозь сжатые зубы и заиндевевшие губы вырвалось облако пара.
- Найдётся! Конечно, найдётся, Гриз, дружище! - хлопнул его панибратски пират по наплечнику скафа, попутно сбивая не только наледь с маски, но и толстый слой инея с бровей и лица. - Видел бы ты сейчас себя - не узнал ни разу!
Именно на то, что они не узнали его, и намекали ему невольные компаньоны.
Втянув в себя тепло вместе с дурманящим дымком от самокрутки, Гризли наконец-то пришёл в себя от обледенения.
- Диверсантов, устроивших ЧП на складе БК, уже поймали?
- А мы думали: это твоя работа, Гриз, - глупо ухмыльнулся наёмник.
- Я ещё не совсем сошёл с ума устраивать диверсии на Церере, - выдохнул облако дыма головорез, задвигав самокруткой во рту зубами, понемногу приходя в себя и оттаивая. Вдобавок потребовал бормотухи.
- Какие проблемы, Гриз, держи, братуха, - подсуетился тот самый пират, что прежде невольно приветил его сапогом по шлему.
Он собственноручно влил ему в глотку приличную порцию напитка любимого всеми бродягами космоса.
- Ну как, полегчало?
- Не разобрал.
Гризли требовалась дополнительная порция бормотухи, её и получил в нужном количестве. Что, некоторое время спустя, позволило головорезу сносно передвигаться. Хотя пираты предложили ему снять скаф, но он отказался от их предложения и прежде собственной затеи. Причина - диверсанты остались безнаказанными, чего не мог допустить в силу неуёмного характера и жажды мести.
- Этому не бывать!
- Чему, Гриз? - требовались пояснения невольным соратникам по оружию.
- Я не позволю сбежать диверсантам! Вы со мной, парни? Каа заплатит нам за их головы столько, сколько вы никогда в жизни не зарабатывали! - заявил головорез, проверяя Гарпун.
Винтовка, не раз спасавшая ему жизнь, вышла из строя, требуя длительного и тщательного ремонта. Вот и у пиратов, увидевших то, что осталось на месте складов, отпало всякое желание гоняться за диверсантами. Да и потом, если они проникли на Цереру, в астероидном поясе можно было ожидать чего угодно, в том числе и боевые корабли флотилии Содружества. А оно им надо - когда нет.
Таков последовал и ответ.
- Повторяю в последний раз, - грянул вперёд из АПа головорез, подстрелив сердобольного пирата, угостившего его бормотухой на свою погибель. - Кто идёт со мной искать диверсантов?
Никто больше из пиратов не торопился отказываться, они все сейчас кидали косые взгляды то на Гризли, то на обезглавленное тело Счастливчика в виду попадания ему в голову разрывной пули, состоящей на вооружении у головореза.