— Так что сразу решим, кто за что отвечает, — я загнул первый палец. — Зыков, за тобой теперь охранение и дисциплина. Ты умеешь держать тыл. Тарасов — окруженцы и рабочие группы. Командуй ими и учи воевать. Даша — полная, непререкаемая власть в лазарете. Ганна — связь с жителями и снабжение. Сидоров — связь и учёт немецкого движения. Фрол — сапёрные и подрывные работы. Архип — разведка. Петя и Чук — наблюдение и связь. Общее командование — на мне. Вопросы?
Вопросов не было.
— Фрол. — Я повернулся к старику. — Чук и Архип, ваша задача — искать новое место. На это у вас два дня. Если ничего не найдёте — выйдем с этой местности, и Зыков уведёт выживших в болота. В поисковой группе Фрол за главного.
Старик молча кивнул, поправил ватник и тут же направился к деревьям, Архип и Чук последовали за ним. Я проводил их взглядом, закрыл глаза и привалился к берёзе.
Самочувствие было куда лучше, чем неделю назад, но голова всё ещё порой раскалывалась, а кашлял я редко, зато сильно.
Два дня. Не найдут — Зыков уводит людей в болота, и половина лежачих там останется. Значит, найдут. Точка.
С базой определились на исходе вторых суток. Я в это время дремал у костерка, укрытый шинелью, в обнимку с Мурзиком. Мне снилось что-то из прошлой жизни. Что именно — не помнил. Проснулся от того, что ко мне кто-то подошёл и подёргал за плечо.
Я открыл глаза, растерянно посмотрел на грязную физиономию Архипа и нахмурился.
— Есть, — с улыбкой доложил он. — Есть куда уходить!
— Где? — Я аж вскочил. Кот недовольно зашипел и выскользнул из моей хватки. — Показывай.
— Тут сухой остров, между двумя заболоченными низинами. Он чем-то напоминает старое место Фрола, но поинтереснее. Там есть родник, старая вырубка и выходы к просёлкам. И второй ход есть — гать притопленная, через рукав топи!
Я взбодрился, мотнул башкой и приказал:
— Веди!
Место, которое нашли мужики, и вправду годилось. Перебираться со временной стоянки начали в ту же ночь. Но переносили всё малыми партиями. Тарасов распределил людей на группы носильщиков. Шли по двум подготовленным ниткам, с участками воды, — чтобы не натоптать тропу и не оставить веер следов.
Сухой остров оказался именно тем, что нужно. Небольшая возвышенность, поросшая старыми соснами и густым кустарником. С трёх сторон — топь. С четвёртой — густой ельник, переходящий в вырубку. Второй выход — цепочка сухих кочек и притопленная гать через рукав топи. Её я сразу запретил топтать: резервная нитка — на чёрный день. Родник бил из-под корней огромной старой сосны, вода была ледяная, прозрачная и, самое главное, её можно было пить.
Минусы, конечно же, были: место оказалось неудобным для доставки. Тащить сюда тяжести — продовольствие, стройматериалы — было адом, на самом-то деле. Зато место было скрытым. Не неприступным, нет — таких мест не бывает. Просто прочёсывать его долго, грязно и дорого: машина не пройдёт, лошадь увязнет, а собака теряет след в воде — и берёт его снова там, где мы вылезли. Значит, выходы с острова — только по воде и по кочкам. Это правило я вбил всем в головы в первый же час.
Зыков и Фрол сразу принялись за дело. Они размечали дозорный круг, выставляли первые секреты на подступах к болотам. Ходили по периметру, хмурились, прикидывали сектора обстрела и намечали запасные позиции. Архип с Фролом, когда тот освободился, начали выбирать места под укрытия.
— Здесь землянку, — говорил Фрол, тыкнув пальцем в пологий склон. — Сток пойдёт в ложбинку!
— А здесь — склад, — говорил Архип. — Разнесём все постройки подальше, чтоб один взрыв всё не похоронил!
— И накатник в два бревна, сверху дёрн, — продолжал воодушевившийся Фрол. — Дёрн снимаем пластами заранее, им же и кроем. С воздуха никто не увидит!
Даша молча смотрела, как размечают лагерь, а потом тоже вмешалась. И первым делом потребовала сделать лазарет, а потом уже всё остальное.
— Я не поведу лежачих в сырую яму, — отрезала она, глядя на Фрола. — Сначала выройте и утеплите землянку! Костя один при них на временной стоянке сидит, и сидеть ему там, пока здесь не будет сухо.
— Ага, а ещё натаскайте лапника, — поддержал я её. — Чтобы было сухо и тепло.
Фрол и Архип, ясен хрен, сами за ветками не пошли. Зато помогали Ганна и добровольцы из людей Тарасова. Они таскали лапник, отводили воду канавками, стелили хвою. Костры — только малые, под пологом, и лишь когда дождь глушил дым. Даша работала наравне с мужиками, по колено в глине.