- Все пучком, - ответил Марк, одновременно соображая, как лучше прыгнуть. - Не влетай в ангар, пока не скажу. Сожгут к чертовой матери...
Сильно мешал автомат. Автомат! Марк, матеря себя последними словами за тупость, вскинул оружие и дал прицельную очередь. Одна из телескопических стоек подъемника лопнула, взорвавшись потоком гидравлической жидкости. Аппарель перекосило, но она продолжала подниматься на одной уцелевшей стойке, хотя гораздо медленней и с видимым надрывом сервопривода. Снова зажужжала пушечная турель и несколько зарядов опалили воздух всего в полуметре от Марка.
Ему хотели во что бы то ни было помешать. А Марку необходим был хотя бы метр пространства, чтобы обогнуть выступ на корпусе "камбалы" и достигнуть аппарели.
Он взглянул на автомат. Как ни жалко было расставаться с оружием, но это был единственный шанс. Да и в акробатике, которую собирался демонстрировать Марк, он скорее был помехой, чем подспорьем.
Размахнувшись, он швырнул автомат в сторону от себя и в ту же секунду прыгнул вперед. Марк не видел, а скорее чувствовал, что сидящий за управлением пушками оператор рефлекторно дернул прицел в сторону внезапно влетевшего в поле зрения предмета. И даже выстрелил, уже понимая, что это подстава.
Всего полсекунды. Но Марку этого как раз хватило, чтобы, не обращая внимания на полыхнувший справа взрыв, проскочить простреливаемую зону и в прыжке, дотянувшись до поднявшейся уже высоко аппарели, словно на гимнастической перекладине в подъеме с переворотом забросить свое тело ногами вперед, внутрь вражеского десантного корабля.
Еще скатываясь в десантный отсек, он понял, что его ждут.
Первый заряд вспучил внутреннюю обшивку отсека на ладонь от головы Марка, бросив ему в лицо несколько очень горячих капелек.
Марк резко оттолкнулся ногой от ближайшего выступа, уходя с линии огня, и выхватил свой десантный нож.
Как хорошо, что когда-то, при переходе в летную часть из десанта, он настоял, чтобы им с Джованни разрешили забрать свои десантные ножи. Теперь это давало ему хоть какой-то шанс на выживание. Стрелявший из лучевого пистолета арну на мгновение попал в поле зрения Марка, выписывающего очередной акробатический кульбит.
"Лицо открыто, слава богу", - определил Марк и в прыжке, оттолкнувшись ногой от стены, метнул нож.
Метил немного правее и выше наведенного на него пистолета. В глаз. Но попал тоже хорошо.
Клинок, созданный из многослойной стали, вошел над переносицей, легко прошив лобную часть и застряв глубоко в мозгу десантника, который, будучи уже мертвым, еще секунду стоял и, продолжая сжимать спуск пистолета, окатил потолок и стены отсека веером смертоносных зарядов.
Марк упал на пол, покрытый ребристым черным полимером, напоминающим обычное резиновое покрытие. И только тогда поднял голову, когда стрельба прекратилась, а мертвый арну завалился назад, по-прежнему сжимая в руке пистолет с опустевшей энергообоймой.
Герметичная дверь в кабину пилота была задраена изнутри. Значит, еще один там в кабине. Скорее всего тот, что сидел за пушкой. И как его теперь оттуда выковыривать?
Марк подошел к убитому арну и попытался выдернуть свой нож. Сразу не получилось. Пришлось опереться рукой о мертвое лицо пониже остекленевших глаз и дернуть посильней.
Осмотрелся, обо что бы обтереть лезвие и не найдя ничего походящего, вытер о собственную штанину. Все равно костюм испорчен. Сунул нож в ножны и осмотрел снаряжение убитого.
Запасная энергообойма нашлась довольно быстро. Марк перезарядил трофейный пистолет и прикинул, удастся ли из него отстрелить запоры на двери в кабину. И сразу отверг эту мысль.
Кабина должна оставаться герметичной. Если придется покидать объект на "камбале", то только в герметичной кабине, так как десантный выход он уже испортил и на его герметичность надеяться не приходится, а скафандра запасного у него нет. Разве только вон с трупа содрать, но это уже в самом крайнем случае.
Четыре мощных плазменных гранаты Марк отложил в сторону по той же причине не ювелирности их действия. Все. Больше ничего стоящего.
Марк задумался. Задачка казалась неразрешимой, как вдруг дельная мысль стукнула ему в голову.
После поединка он не шумел особо. Значит тот внутри, не получив сообщения от напарника, скорее всего решит, что поединок окончился взаимным умерщвлением поединщиков. Ну или покрайней мере поинтересуется результатом.
Люди, хоть арну, хоть человеки, существа любопытные. Неужто не откроет дверь, чтобы взглянуть, чем все закончилось.
"Я бы точно полез смотреть, - признался себе Марк, - и получил бы по полной программе, - логично продолжил он мысль. - Хорошо, что я тут, а не там".
Хотя, что тут хорошего, Марк не смог бы ответить себе сам. В любую минуту могли вернуться десантники, а их здесь могло быть до дюжины. Стрельба внутри объекта прекратилась, но причина этой тишины оставалась загадкой.
Марк осторожно вложил пистолет в руку покойника и опустил забрало на лицо, а сам принял на ногу естественную позу застреленного человека, подогнув под себя правую ногу и уперевшись плечом в какой-то контейнер. Так он сможет вскочить мгновенно и атаковать.
Секунду подумав, Марк опустил защитный экран шлема. Так можно изображать жмурика с открытыми глазами, сквозь экран снаружи не видно, а он сможет контролировать все действия противника.
Марк лежал уже несколько минут. Подогнутая нога стала потихоньку затекать.
Уже подумав, что ничего не вышло, и пилот не клюнул на его уловку, он решил встать и искать другой способ, когда вдруг замки щелкнули и дверь отъехала в сторону, освободив пустой проем. Затем в проеме показалась рука с пистолетом, которая тут же взяла Марка на прицел.
"А ведь может выстрелить! Так, на всякий случай...", - промелькнула неприятная мысль, и Марк прекратил даже дышать, чтобы малейшим шевелением не выдать своего живого состояния.
Наконец, в дверях показался и сам обладатель руки с пистолетом.
"Это просто подарок какой-то", - подумал Марк, разглядывая противника сквозь экран. Пилот был явно не спецназовец. Облаченный всего лишь в легкий пилотский скафандр с закрытым шлемом, пилот был невысок, скорее худощав. В его движениях не было той четкости и тигриной грации, что присуща в той или иной мере всем профессиональным бойцам.
Похоже, неподвижность Марка убедила вражеского пилота, что землянин мертв или, по крайней мере, без сознания, и тот повернулся к своему соплеменнику. Он вложил оружие в кобуру (Марк мысленно поблагодарил Господа) и, подняв лицевой экран своего шлема, присел рядом с телом соплеменника.
С такого ракурса Марку не было видно ни его лица, ни того, что он там делал руками. Но судя по тому, как напряглась его спина, он поднял забрало на шлеме убитого и обнаружил рану.
Марк медленно выдохнул воздух и расслабился.
В следующее мгновение он взвился в прыжке.
Ментальная и физическая концентрация силы была настолько высока, что направленный в голову сложенный клином кулак должен был легко проломить легкий материал летного шлема и, смяв височную кость, вбить в мозг ее же острые обломки.
Арну успел лишь повернуть голову на шум прыжка.
Если кто-то думает, что легко отвести собственную руку, когда в удар вложена вся воля, он ошибается.
Марк успел разжать страшный клин из пальцев и чуть сместить вектор атаки. Удар пришелся по шлему вскользь, но этого хватило. Пилот коротко вскрикнула и повалилась поперек тела своего соплеменника.
Марк стоял и смотрел. Такого прекрасного женского лицо он не видел за всю свою жизнь. Да что "видел"! И представить себе не мог, что такое может быть в реальности. Среди солдат арну никогда не встречались женщины. Вообще никто во все Федерации не видел представителей арну женского пола, хотя понимали, что они должны быть, так как физиологически мужчины арну не отличались от землян.