Наконец-то я снова в домике. Есть возможность перевести дух и спокойно оценить обстановку. Начинаю с правого фланга. Рота Быкова держится на высоте, но огонь ведёт уже из винтовок, а не только из пулемётов. Серёга Бобров пока мажет, но кое-какой результат уже есть, недолёты прилетают по атакующей пехоте противника. Видать мало у него практики по стрельбе с упреждением, больше привык на прямой наводке работать, с километрового расстояния. Или с дальностью чего-то напутал, а по большому пальцу руки из танка уже не определить. Ему бы корректировка не помешала. Начинаю уже жалеть, что отослал связиста. А танки противника пока так и стоят на выезде из деревни, кого-то или чего-то ждут…
— Товарищ старший сержант, а мне что делать? — Узнаю я знакомый голос у себя за спиной.
— Анютка, а ты как здесь? — Удивляюсь я, развернувшись к ней.
— Там так сильно стреляли, что я испугалась одна, потому и сюда пришла. — Начинает оправдываться она. Ещё один Саид на мою голову. Или Саидка.
— Где? — Интересуюсь я, где она пряталась. Я то думал, что она давно уже на высоте 147,2, куда и была послана…
— Ну там, на бугре, я в землянке сидела. — Машет она рукой в сторону опорного пункта, где мы занимали оборону до того как…
— Да горе матери дети усратые! — Не сдерживаю я эмоций. — Ты почему вместе со всеми не отошла⁈
— Не усралась я, только описалась. — Признаётся Анютка, захлюпав носом.
— Отставить лирику! Боец Воронова, бери катушку и протяни линию от танка сюда в блиндаж. Всё лишнее оставь здесь. — Поднимаю с земли и подаю ей связное имущество.
— Я мигом, я скоренько. — Засуетилась Анютка, скинув с плеча самозарядку и выпутываясь из ремней противогазной и санитарной сумок. Подхватила полупустую телефонную катушку и испарись. Вот же «то ли девушка, то ли виденье».
— Ладно, нет худа без добра, одну проблему решили, даже две. Что дальше? — Размышляю я вслух, продолжая наблюдение за полем боя.
Вот и очередная проблема нарисовалась. Из-за зарослей кустарника захлопали немецкие миномёты. Судя по хлопкам и разрывам, восьмидесятки. Одно радует, их всего двое, вот только вся высота у них под прицелом или под колпаком, достанут даже за обратными скатами. Полтора километра до моего блиндажа, и я их хорошо вижу. Не сами миномёты, а дым от пороховых зарядов. Где же эта коза всё ещё бегает? До танка сто метров, палкой можно докинуть. Зато станко-пулемётчики молодцы. Тоже видать опасность заметили и понужают по огневой из «максима». Не факт, что в кого-нибудь попадут, но и не дадут работать спокойно. Тем более расстояние приличное и огонь почти навесной, да ещё сверху, так как немцы в низине. Тут и кусты не спасут.
Что там у Быкова? Уже лучше. Миномётам кирдык. Да и пулемёты ополовинили, пристрелялся Серёга. А вот нехрен было в чистом поле окапываться, с командной высоты всё как на ладони просматривается. Наступающая рота противника залегла. Ну так под постоянным прицелом десяти пулемётов не сильно побегаешь. А вот и козочка горная прискакала.
— Товарищ командир, ваше приказание выполнено. — Часто дышит Анютка у меня за спиной.
— Молодец. — Хвалю я девчонку, которая умело подключила аппарат к телефонному кабелю. — А ты где так связному делу-то наловчилась?
— Да ещё в прошлом году в журнале «Техника Молодёжи» статью прочитала, вот и заинтересовалась. — Коротко поясняет Анютка. — И провода я умею прокладывать и чинить. У меня даже ножик есть.
— Да ты прям Василиса Премудрая. — Отвешиваю я ей комплимент. — Но больше из блиндажа даже нос не высовывай без приказа. — А то мало ли, побежит искать прерванную связь и найдёт мину или снаряд. — Вызывай Грома, стрелять будем.
— Гром, Гром, я Урал, как слышишь. Приём. — Нажав пару раз вызывную кнопку на корпусе аппарата, кричит в микрофон Анютка. — Есть связь. — Протягивает она мне трубку.
— Переноси огонь, Гром. Ориентир пять, полкилометра левее, прицел пятнадцать. — Нажав на разговорный клапан, поясняю я, куда будем стрелять.
— Что, по танкам будем стрелять? — Спрашивает у меня Матвеев через минуту.