— Другими словами вы, мистер Фишер, предлагаете мне стать президентом Афганистана? — растягивая слова, спросил Турхамадин, глядя исподлобья на американца.
— Не обязательно, — возразил резидент, — даже, скорее всего, нет. Лидера, как правило, «любимца народа», создают искусственно. Но вы, многоуважаемый Рано, можете стать премьер-министром или, на худой конец, министром иностранных дел. Вы выросли в Южной Америке, получили образование в Европе, помогали народу в годы оккупации. Великолепная биография. К вам будут с уважением относиться как на Востоке, так и на Западе. Решайтесь, Турхамадин.
— Угощайтесь бургерами, — Рано рукой указал на поднос с «биг-маками», сам, закрыв глаза, погрузился в раздумье.
С хрустом пережевывая упругие листья салата, Джеймс Фишер запивал нежные, еще теплые бутерброды холодным сладковатым пивом. Он был более чем уверен, афганский ростовщик сейчас подсчитывает будущие расходы и возможные прибыли. Наконец Турхамадин открыл глаза, худое аскетичное лицо выражало глубокое умиротворение.
— С чего начнется наше сотрудничество, мистер Фишер? — спокойным голосом спросил Рано.
Глаза американского резидента вспыхнули, на его лице читалось:
«Ну вот ты и попался, голубчик. Великолепная вербовка, с грандиозными перспективами в будущем».
XVII
Мощный четырехтурбинный лайнер Е-ЗА «Сентри» относился к классу специальных самолетов системы АВАКС, занимающихся радиоэлектронным слежением за территорией противника. Длиннофюзеляжная машина с гигантским «грибом»-антенной РЛС в центре корпуса, с ревом разогнавшись, оторвалась от бетона взлетной полосы и быстро начала набирать высоту, оставляя за хвостом яркую иллюминацию военно-воздушной базы в Пакистане. Убрав шасси, «Сентри» взял курс на север.
Едва самолет, набрав заданную высоту, принял горизонтальное положение, в кабину ввалился капитан Лейкос, начальник радиолокационной службы, и обратился к майору Уэйдсону.
— Черт знает, что происходит, Дэн, наш самолет никогда не ставили в ангар. А сегодня вдруг поставили. К чему бы это?
— Не знаю, — буркнул командир корабля — высокий с узким лицом аскета. Майор Дэнис Уэйдсон лгал, он знал, в чем дело, но, как платный агент ЦРУ, он в свое время подписал документ о хранении государственных тайн и об ответственности за разглашение.
— Не к добру все это, — продолжал гундосить локаторщик. — Еще какого-то черта в небо потянуло Хагосона. Он-то что здесь забыл?
— Может, решил тряхнуть стариной? — пожал плечами майор.
— Кстати, где он?
— На взлете у старика живот свело. Он решил опробовать наш сортир. Думаю, скоро выйдет.
В другое время летчики наверняка начали бы обсуждение мировых новостей вперемежку с комментариями о новых «цыпочках» из борделя для иностранцев в столице. Норин как раз вчера побывал на «презентации». Но никто из пилотов даже рта не раскрыл, когда включилась электронная система управления самолетом, как-никак их инспектировал сам командующий авиакрылом специальной авиации радиолокационной разведки, командор Роберт Хагосон.
Сейчас наступало время интенсивной работы операторов радиолокационных станций. В затемненном салоне защелкали тумблеры «включение», зажужжал двигатель вращения антенны, вспыхнули индикаторы.
— Как проходит полет? — раздался за спиной Уэйдсона голос командора. Высокий пятидесятилетний Роберт Хагосон — аристократ, наследник традиций конфедерации Юга, участник Вьетнамской войны, один из героев захвата острова Гренада, руководитель воздушной разведки в Саудовской Аравии во время «Бури в пустыне». Уже второй год служил в Пакистане на должности командующего сил воздушной радиолокационной разведки.
Хагосон, как и Уэйдсон, был агентом ЦРУ. Он был куратором всей разведывательной сети на базе летающих радаров и, кроме докладов отделу военной разведки Пентагона, составлял подробные доклады в Лэнгли. Сегодняшний полет командора был связан с последним распоряжением ЦРУ, он так же, как майор Уэйдсон, знал причину помещения самолета в ангар, более того, это был его личный приказ.
— Все в порядке, сэр, — не оборачиваясь доложил командир корабля.
Командующий оглядел бесстрастные лица членов экипажа, спросил:
— Почему такие хмурые лица? Какие проблемы?
— Сэр, — неожиданно к командору повернулся второй пилот, в его глазах читалось любопытство,—уже сколько месяцев не была задействована система АВАКС, и вот снова. Неужели все поворачивается вспять? В Москве ведь красным не удалось захватить власть, так почему же?