Операция «Рекс» получила одобрение и в Генштабе, и в Министерстве обороны. Но наверху прозвучало обычное: «Не время, товарищи, Запад нас не поймет. А ведь есть уже подвижки в сторону нового мышления». Операция была зарублена, а ее создатель, получив чин генерал-майора, был отправлен в ссылку военным советником в Ирак.
Вернулся оттуда Журавлев только после оккупации Кувейта войсками Саддама Хусейна.
Девятнадцатого августа генерал-майор находился в отпуске. Со всей семьей он вылетел отдохнуть на Байкал. За последние несколько лет иракской ссылки соскучился он по сибирским просторам. Узнав о войсках на улицах столицы, о «болезни» Горбачева и ГКЧП, Журавлев тут же покинул пансионат и попытался вылететь в Москву. Но добрался он в столицу лишь к двадцать пятому, когда чета Горбачевых рассказывала о пережитых страхах, о том, как они боялись, что их отравят.
С появлением нового министра обороны в министерстве, Генштабе и ГРУ прошли перемены, увольнения, отстранения, новые назначения. Генерал-майор был назначен начальником оперативного отдела ГРУ и через месяц получил очередное воинское звание, генерал-лейтенант.
Служебная «Волга» въехала на территорию штаб-квартиры Службы внешней разведки России. Молодой щеголеватый лейтенант проверил документы и объяснил, как проехать. На стоянке среди нескольких машин Журавлев заметил знакомую «Волгу», которая принадлежала начальнику спецназа Талащицкому. Генерал-майор направился в Ясенево прямо с Таманского полигона. Возле стоянки Журавлева поджидал немолодой офицер в идеально отглаженной форме с погонами майора.
— Артур Васильевич, вас ждут, — козырнув, доложил офицер.
— Талащицкий давно приехал? — спросил генерал.
— Минут пять назад.
— Хорошо, пошли.
Офицеры прошли в здание Управления внешней разведки. В кабинете, кроме начальника Восточного отдела, сидел генерал-майор. Главный диверсант Российской армии был одет в яркий многоцветный камуфляж кубинских командос, который привез лет десять назад из Анголы. На столе перед Талащицким лежала камуфлированная панама американских рейнджеров, подарок американского генерала «бывшему вероятному противнику». Талащицкий на службу в кабинеты пришел недавно. После очередной чистки, устроенной новым министром обороны. Новый начальник армейского спецназа предпочитал духоте кабинетов простор полигонов и стрельбищ. Вот и сейчас Журавлев заметил на одежде Талащицкого плохо затертые следы грязи (ясно, снова был на полосе препятствий).
— Присаживайтесь, Андрей Андреевич, — сказал Прокопенко и на правах хозяина предложил: — Кофе, минеральная вода, коньяк?
— Потом, сначала дела, — как можно мягче отказал Журавлев.
— Ну, если дела, тогда, пожалуй, начнем с этих шифровок, — разведчик положил на стол два листа машинописного текста. — Из информации, полученной от наших зарубежных информаторов, можно сделать вывод, что операция «ХЕ-103 «Упреждение» провалилась.
— Ну, я бы не был столь категоричен в оценках, — возвращая листы с радиограммами, тихо произнес Журавлев, — точнее было бы сказать, операция «Упреждение» по объективным причинам в какой-то мере вышла из-под нашего контроля.
— А точнее?
— Группа вышла в район штаба Нурадина в указанное время. Произвела налет, как было условлено планом, ликвидировав охрану и штаб, при этом захватив компьютерный банк данных Нурадина и личного компьютерщика (сейчас с ним работают в Душанбе ребята из местной безопасности, раскрыта подпольная террористическая организация внутри страны). Это положительные стороны операции. Отрицательное то, что за несколько часов до атаки спецназа Нурадин выехал на встречу с Раббани в Кабул. Старший диверсионной группы принял решение двигаться в том же направлении с целью довести операцию до завершения. Поэтому в оперативном отделе считают, что операция вышла из-под контроля. Но это еще не означает, что она провалилась.