— Никто не видел? — забеспокоился научный руководитель.
— Видел не видел, — усмехнулся Сезаро, — Кто видел, того и притащили. Парень, похоже, десантник «ИГЛЫ».
Мэтью дернулся, его словно окатило холодным душем.
Какой ещё десантник? Откуда он взялся? Единственное свободное место в челноке Ривс и Коул уже зарезервировали за собой. Осталось только окончательно договориться, кто полетит. Мэтью колебался, но все больше склонялся к мысли, что лететь стоит ему самому. МОНИК, конечно, важный объект, и упускать его из рук совсем не хотелось. Но артефакт пришельцев по важности перевешивал. За инопланетным аппаратом круглосуточно наблюдали в лаборатории, и все записи шли прямо Мэтью, на компьютер. Доверить кому - то инфокристалл с уникальными данными – такую глупость ему грозное, далекое руководство никогда не простит.
Хаббард, Брюно и Веласкис молчали, ожидая приговора солдату.
— Что с ним? — занервничал глава МОНИК, сцепляя пальцы в замок.
— То же, что и с девчонкой, — прохрипел Брюно, оставшийся стоять на ногах, так как второе кресло занял невозмутимый Хаббард, — без сознания от яда игуаны.
— Майору сообщать будем? — раздул ноздри горбоносый Веласкис.
Вопрос Сезаро усилил замешательство Мэтью. Ситуация требовала хорошенько подумать.
— Давайте сначала и с подробностями, — повелел начальник, облизнув пересохшие губы, и нащупал под столом буначалу все шло гладко. Амфибия без приключений доплыла до берега и нырнула под серые скалы. Солнечные лучи пронзали прозрачную голубизну воды до самой глубины и золотистыми чешуйками рассыпались по дну. Черная тень катера наползла грозовой тучей и прервала игру солнечных зайчиков. В отместку из трещин вытянулись три леопардовые мурены и, ещё две, словно канатами, перегородили собой тоннель.
- У твари, развелось вас, - прохрипел Брюно Мартин и полоснул лучом прожектора по скалящимся мордам рыб. – Вот получайте. Что не нравится?
Пятнистые мурены дернулись и торопливо забрались обратно в норы. Аквакар раздвинул носом бахрому лилово – зеленых водорослей и вошел в канал.
- Откуда здесь они? Раньше же не было, – сморщился озабочено Сезаро Веласкис.
- Русским сказать «спасибо» надо, - скривился подельщик за штурвалом, выводя катер на середину канала. – Заставили Ривса раздвинуть защитный купол МОНИК до побережья. Акул и морских драконов не стало, рыб жрать некому – мурены и жируют.
При свете прожектора, как в замедленной съемке, мимо скользили неровные стены с веточками желтых кораллов. На уступах сонно шевелили лепестками- щупальцами бордовые актинии.
- Ненавижу это место, - поёжился Веласкис, не отрывая глаз от низкого свода. – Обвалится - не выберешься.
- Не каркай, - рыкнул приятель, - с чего ему обваливаться. Другое дело, чтоб осьминоги об этой норке не прознали и жемчужниц сюда не натащили. Тогда и повеселимся.
- Для жемчужниц здесь холодновато и света мало, - усомнился Сезаро. – Им на шельфе раздолье.
Стены тоннеля расступились и луч прожектора утонул в черной бездне.
- Грот, - процедил Брюно и погасил свет в салоне и снаружи, положившись на гидролокатор.
Мерцать фосфорно – зеленым пятном во мраке остался только экран панели управления, а сама амфибия будто окунулась в банку с чернилами.
В кромешной тьме катер пересек пещерную гавань, и, развернувшись, завис между каменными обломками у подножия отвесной скалы. Брюно поднял перископ и вместе с напарником уставился на экран, где в режиме ночного видения возникли серо- синие очертания пещеры.
- Вроде никого, - нервно кашлянул Веласкис, - поднимаемся?
- Риск – дело благородное, - ухмыльнулся Брюно. Он включил свет и отдал команду компьютеру всплывать.
Вода вокруг амфибии пошла большими пузырями и вытолкнула катер на поверхность. Лазутчики выбрались на мокрую палубу и осмотрелись. К радости дружков встречать их никто не кинулся.
Луч прожектора упирался в розово – серые глыбы, выступающие из стен пещеры. Дальний край омута, где на глубине скрывался выход в море, терялся в полутьме. Из него, над каменным колодцем величиной с маленькое озеро, плавно поднимался буро- бордовый свод, чтобы превратиться в купол над берегом. Перед носом катера о гранитный пирс, высотой с человеческий рост, бились вишневые волны, разбуженные аквакаром. Острые камни черно – красными клыками высовывались из воды и делили берег на три причала с веревочными лестницами. Валуны, разбросанные природой по террасе, мешали заглянуть вглубь неё.
- Тихо, - прохрипел Брюно, вслушиваясь в тишину грота. Гулкое эхо неожиданно громко подхватило его голос.