— Конечно, в Новомосковске врачом не устроиться, только в Тмутаракани, — фырчит сестра – двойняшка Маринка, звезда – топ- модель. — Не всем же перед камерами кривляться, — вступается отец. — Может Маша там судьбу свою найдет, — примиряет мама. — Ага. Пещерного человека выловит, — подкалывает Маринка и тут же наседает, — Чем тебе предложение этого Ривса не угодило? Конфедерация, перспективы, связи.
— Хочешь? Себе забирай, — парирует Мария и передразнивает, — Конфедерация, перспективы, связи. — Пфы, вот ещё, — фыркает сестра, поводит плечом, откидывая назад золотистый локон, — симпозиумы, доклады, препараты. Маша, мне тебя хватает. На подлете к космопорту Маринка спешит достать солнцезащитные очки. Отец ехидно замечает, что и на Марию надо было прихватить. А то завтра все модницы под туристов заделаются - рюкзака не купишь. Объявляют посадку. Прощальные слова, объятия, поцелуи заполняют минуты перед разлукой. Маринка – вредная. Но кто лучше её может чувствовать двойняшку? Она лезет в сумочку и впихивает в ладонь сестры духи – спрей: — Держи. Пещерного человека отпугнешь. У духова чудесного аромата – Маша его обожает. Он наполнен свежестью и запахами майского сада на рассвете, напоминает о живой воде из бабушкиных сказок. Увы, бабушка не дождалась, когда на далеких планетах найдется эликсир вечной молодости. Но внучка дала себе слово и обязательно до него доберется. Ступив уже на трап корабля, Мария нащупывает в кармане заветный баллончик. Начальник экспедиции, кажется, против женщин в отряде? Ничего, потерпит полгода. Девушка храбро нажимает на пульверизатор и прыскает за ухом для удачи.
Пещерного человека пришлось не отпугивать, а приручать. Он просто заморозил её при встрече. Но девушка дала себе слово выдержать и не сдаться. Она выстояла и влюбилась, первый раз в жизни, в несговорчивого, упрямого начальника экспедиции. Темноволосый, подтянутый и холодный, как глыба льда, Владимир Вересов, казалось жил только работой и горами. Улетая с Ани, Мария мысленно простилась с ним навсегда. Но через пару месяцев упертый геолог объявился сам, чтобы, с видом провинившегося мальчишки, просить стать его женой. И она повела себя не лучше. Маринка, на её месте, по полной бы отыграла сцену «оскорбленного женского достоинства». Вместо этого, Мария, как обиженная школьница, выдвинула самое страшное условие «брать собой в экспедиции». Картинка была такой реальной, что сознание не сразу смогло выпутываться из тенет сна. Несколько мгновений Мари вникала, куда перенеслась: бокс, тишина и никого рядом. Камнем придавила тоска. Маринка ещё до галантов улетела по контракту в Конфедерацию, и внутренне чувство подсказывало – с сестрой все в порядке. А вот о неизвестной судьбе родителей за годы изболелась душа. Но раскисать нельзя. От её работы зависит здоровье людей двух общин. И все же к чему опять привиделся сон об отлете? Каждый раз он предвещал изменения в судьбе. Странно, пальцы продолжали хранить ощущение сжимаемого в руке баллончика. Чего ждать на этот раз? Только бы с Володей и Славкой ничего не случилось. Как же она соскучилась по близким и родному гроту, устала на глубине без солнца в небесной вышине, без порывов вольного ветра, без сладких запаховы джунглей. Ничего, выберется. Заточение тянулось уже неделю: Марию не отпустили на берег и заперли в одиночестве. Коллеги – ученые исчезли. Их руководство так и не удосужилось объяснить причину. Благо для проведения круглосуточных наблюдений лаборатория имела бокс для отдыха с санузлом и синтезатором пищи. Женщина боролась с тревогой, занимаясь собственными исследованиями, пока никто не мешал. Не просто так она появлялась в МОНИК с охапками трав якобы для изучения питательных веществ и микроэлементов, влияющих на гормональную и иммунную систему подопытных животных. Целебные свойства местных трав были изумительными, и могли помочь продержаться при разрыве отношений с МОНИК. Увы, на берегу для их изучения не было оборудования. В этот раз, из-за перерыва в основных наблюдениях, удалось сделать много. Но вот беда: на инфо - кристалле Матвеича кончалась память. И мучил вопрос: как и когда, удастся передать наработки домой? Слух уловил звук отъезжающей двери. Мария быстро свернула программу, встала, закрывая спиной комп. Порог переступил Ривс. Сейчас же комок дурных предчувствий подкатил к горлу. Но внешне женщина себя не выдала и встретила гостя спокойно. — Чем могу быть полезна? — обратилась она к Мэтью, выпрямляя спину. Ривс стушевался под пристальным взглядом глубоких глаз, но быстро пришел в себя. Он откашлялся и торжественно начал: — Я здесь, чтоб поговорить о Вашем будущем, Мария. Мэтью чуть не добавил и "нашим ", но вовремя осекся. — С ним что- то не так? — брови русской удивленно изогнулись. — Э,— запнулся воздыхатель, соображая, как повернуть разговор в нужное русло и избежать упреков и обвинений. — Вас, наверно, заботит вопрос внезапной изоляции? — Да, хотелось бы пояснений, — краем глаза женщина посматривала на огонек индикатора скачивания данных – во избежание сбоя необходимо было тянуть время. — Не более чем вынужденная мера в целях соблюдения режима секретности и безопасности, — напустил тумана Мэтью. — От кого? От галантов? От Ривса не скрылась ирония в голосе собеседницы. — Нет, хотя к галантам, имеет отношение. В прочем, Ваши соплеменники, навряд ли обрадуются, — заинтриговал он. — Не понимаю, о чем Вы, — обдала холодом конфедерата Мария. — Вам должно быть известно, — с пафосом заговорил Мэтью, — что Конфедерация всегда беспокоилась о судьбе сограждан и была готова по первому зову прийти на помощь. Мы воспользовались затишьем в налетах галантов и послали почтовую капсулу. Нас не бросили в беде! И мы сегодня принимаем у себя разведывательную миссию Конфедерации. Ривс приостановился взглянуть на эффект. Но лицо русской оставалось непроницаемым. Мария не доверяла конфедерату. Он мог блефовать, только не понятно за чем. — Скоро здесь все перемениться,— продолжил наступление Ривс.— Нами в Конфедерацию через военных будет отправлен важный артефакт, который позволит разгадать секрет оружия галантов. После чего переход планеты под протекторат Конфедерации будет делом решенным. Российская империя не пережила нашествия пришельцев, её больше нет, вы последние русские во Вселенной. Понимаете, что это значит? — Не совсем,— копирование затягивалось, и это вынуждало Марию слушать самозванца дальше. — На переходный период на планете все неграждане Конфедерации, в смысле, бывшие подданные Российской империи, будут ограничены в правах, в свободе передвижения и выборе места проживания. — Помещены в резервацию, — понимающе кивнула Мария. — Именно, — воодушевился Ривс. – И наилучшие возможности стать членом цивилизованного общества появятся у тех, кто сможет доказать свою лояльность и полезность новым властям. — Вы предлагаете мне сотрудничество с будущей колониальной администрацией? — Догадалась Вересова, исподволь продолжая контролировать индикатор на компьютере. — Не только, — Мэтью настойчиво подводил разговор к нужной ему теме. — Статус гражданина Конфедерации дает много преимуществ и льгот его обладателю, но получить его негражданину, особенно женщине, весьма не просто. Но есть способ значительно упростить и ускорить процедуру. — И какой же? — Подыграла Мария. Она уже догадывалась, куда клонит Ривз, но перекачка файлов должна была вот - вот закончиться, оставалось набраться терпения и продержаться еще чуть- чуть. Конфедерат неправильно истолковал её интерес. — Брак. — Брак? — Изумилась женщина. — Брак с гражданином Конфедерации. — Но я замужем, — напомнила Мария. Настырного воздыхателя это не смутило, он все продумал: — Между Конфедерацией и Российской Империей подписано соглашение о взаимном признании актов гражданского состояния, поэтому не составит труда расторгнуть брак между бывшими гражданами Российской Империи. — Мария! — шагнул Мэтью к предмету вожделения.