Ривс подсечкой сбил женщину с ног. Он повалил её на стол и придавил собой сверху. После стольких лет Вересова ,наконец-то, была в его руках. Сильное упругое тело под ним сопротивлялось. Женские кулаки колотили по спине. Мария крутила головой, отворачиваясь от жадных губ Мэтью, чей пыл сопротивление только разжигала. Что может быть слаще для маньяка добраться до избранной жертвы? Наслаждаясь своей властью, насильник медленно провел инъектором по женской шее. Выбор состоялся, что ж у наложниц свои плюсы, и Ривс нажал на кнопку шприца. Раздался треск. Решетка вентиляции разлетелась на куски. Из дыры с визгом на спину конфедерата прыгнул серо – бурый крысак. Мэтью дернулся, капсула с ампулой прошла мимо и воткнулась в стол. Грызун соскочил на пол и забился между стеллажами.
Следом из воздуховода с боевым кличем "Р-мяу» черной молнией вырвался преследователь. Этот зверь спрыгивать с Ривса не стал и глубоко запустил когти в его тело. Мраморных котов с детства отличали хорошая память и острое чутье. С некоторых пор люди с резкими чужими запахами страшно раздражили котенка. А тут вражеский запах угрожал родному, теплому и молочному. И малыш от души вцепился зубами в шею обидчика. Конфедерата спасло малолетство нападавшего, плотная ткань и жесткий воротник комбинезона. Но, тем не менее, Мэтью взвыл от боли: —А-а! — отшатнулся он от Вересовой и попытался стащить злобную тварь, облапившую его. Мария никогда не дралась. Но сейчас испуг и отчаяние придали сил, и она с размаху заехала коленом в мужской пах. — Оус! — застонал конфедерат и согнулся пополам. Для верности Мария схватила Ривса за волосы и от души приложила носом о столешницу. Тяжесть кота на плечах довершила нокаут. Горе-жених не устоял на ногах и рухнул на пол. Мария машинально дернула вверх молнию комбинезона на груди. Она ещё не успела перевести дух и удивиться появлению бравого защитника, когда дверь поехала в сторону. Шустрый крысак тут же сиганул в образовавшуюся щель. Мраморный малыш счел миссию выполненной и рванул следом за ускользающей добычей. — Где-то я эту кошку уже видел, — раздраженно рыкнул майор Линдгрен, которого едва не сбила с ног дикая парочка. Пауль вошел в лабораторию и осмотрелся. — И что здесь происходит? — Спросил он, хмуро оценив обстановку. Главы МОНИК валялся на полу, скрючившись у женских ног в позе, которая красноречиво говорила сама за себя. — Обсуждение моего сотрудничества с будущей колониальной администрацией, — произнесла дама с осанкой королевы и поправила русую прядь. Она была бледна, но держалась прямо и с достоинством. Командир спецназовцев хмыкнул, он и не предполагал наличие на МОНИК подобных особ. Таким чистейшем произношением на интерлинге у него на Родине могли похвастаться только настоящие леди. Женщина уступала в моложавости красоткам комплекса, но в её присутствии командир десантников почувствовал себя слегка не в своей тарелке. Он машинально расправил форму и провел рукой по лицу, проверяя щетину. — Майор спец подразделения "ИГЛА "вооруженных сил Конфедерации Линдгрен, — отдал честь военный, — позвольте, узнать с кем имею честь разговаривать? — Мария Вересова - глава отдела фармакологических исследований международного океанологического научного исследовательского комплекса. — Вересова? Ваш муж - вождь русских туземцев? — Насторожился майор. — Мой муж - глава российской местной администрации муниципального округа Океанограда, — отчеканила дама. Мария смело посмотрела офицеру в лицо. За спиной военного маячило ещё несколько десантников с затертой между ними наштукатуренной Маргарет Коул. Что ж, хотя бы в этом Ривс не обманул. По сердцу ножом полоснула боль. Все эти годы, в душе теплилась надежда на возвращение и встречу с родными. С другой стороны, терять было нечего. Лучшая защита - это нападение. Припомнились слова Кирилыча, поучавшего мальчишек: "Один русский - партизан, два - армия, три - держава!» — Мне доложили, что Океаноград полностью уничтожен галантами вместе с жителями, — заметил Линдгрен, сбитый с толку поведением женщины. — Я жива и не одна. — Благодаря нашей гуманности, нашим лекарствам, — гнусаво раздалось из- под стола. Ривс пришел в себя и, кривясь от боли, встал на четвереньки. Мария брезгливо отодвинулась подальше и жестко уточнила: — С российского комплекса, подло захваченного вами во время спасательных работ на берегу? Из - за чего погиб почти весь русский персонал вместе с добровольными помощниками из числа граждан Конфедерации. — Что же касается медикаментов: это вынужденная плата, чтобы не захлебнуться в собственных нечистотах. Инициатива исходила от Вас, Ривс. Это лучше всего говорит, кто здесь без кого не смог выжить, — с презрением добавила она. Мария горячилась. Но в пещере их было даже не трое, а двести, и они были у себя дома, и пока что на российской планете. Кроме того от женской наблюдательности не скрылся факт, что майор не спешил бросаться на помощью самозваному главе МОНИК. По- видимому, хозяева чем-то успели уже не угодить гостям. — Вы - врач? — Перевел офицер разговор на другую тему. Местные разборки его не касались, но лишняя информация не мешала. — Да, — взяла себя в руки Мария, переводя дыхание после вспышки гнева. — Хорошо. Как Вы можете это объяснить? Новиков, — по приказу майора вперед вышел небритый солдат, с выстриженными клоками волос на голове. — У молодого человека травма головного мозга? Его готовили к трепанации черепа? — Предположила русская. — Только ящерица поцарапала, — сообщил паренек. — Голову? — Нет, живот. — Я все объясню, — спешно влез в разговор Мэтью, кое - как поднимаясь на ноги,— Вашего подчиненного... — Заткнитесь, — не слишком вежливо оборвал его Линдгрен, — мы ещё с Вами побеседуем, почему о его прибытии мне никто не доложил, и почему ваши люди мешали ему добраться до меня. — Здесь ещё должны быть наши техники, — встряла Мария. — Что? Ещё посторонние в МОНИК? — Сощурился Линдгрен и процедил сквозь зубы,— Ривс, как это понимать? Прикажите, комплекс обшарить? — Вы прибыли так неожиданно, офицер, — поспешила на помощь Мэтью Коул. — Мы совершенно забыли о небольшой аварии в одном из секторов, из - за чего отплытие техников было отложено. Сейчас они полностью изолированы, можете не волноваться. — Я давно уже не волнуюсь, леди, — огрызнулся Пауль. — Изолированы или живы? — вскинулась Вересова. — Что Вы себе позволяете?! Что за намеки? — Возмутилась британка. — Конечно, живы. Им ничего не угрожает. — Имеем опыт вашей гуманности, — не сдержалась Мария. Враждебные взгляды русской и британки скрестились, как клинки. — Хватит, — прекратил майор перепалку. — Можно быстро получить заключение о состоянии здоровья? — вновь обратился офицер к Вересовой. — Прошу, — указала русская на аппарат экстренной диагностики. Мария закрепила на голове пациента шлемовидный прибор и сосредоточилась на данных, которые стали высвечиваться на дисплее. Солдат изредка посматривал на неё и покусывал губу. — С головой все нормально, других повреждений в организме тоже нет. У Вас отличное здоровье, молодой человек, — похвалила врач. — Спасибо, — поблагодарил солдат по-