Мэтью, отхаркиваясь, замотал головой.
– Ему необходимо лучше представлять, с чем имеет дело, - добавила Коул и словом, и делом.
Мэтью выпучил глаза и навалился на стол. Британка хлопнула его ещё раз по спине. Мэтью едва не приложился лбом об стол, кивнув в знак согласия.
Офицер с интересом наблюдал за научной дискуссией коллег из дружественных разведок.
- Хорошо, - выдавил Ривс, переводя дыхание после убойных аргументов дамы. – Это неизвестная биотехнология. Никого металла. Только органика. Но параметры и формы, как у фабричной формовки.
- Живой природе чужда идеальная геометрия и абсолютная симметрия, - промурлыкала Коул, усаживаясь обратно в кресло. - При этом объект реагирует на внешние раздражители, как живое существо, и впитывает раствор из аминокислот, как губка.
- То ли зверюшка, то ли хлопушка, - усмехнулся десантник, прищурившись. – Где же ещё её можно было выловить, если не здесь?
Коул скривила губы в ответ на его солдафонскую шутку и свысока продолжила:
- К сожалению, здесь у нас нет возможностей разобраться с ним. Поэтому мы воздержались от вскрытия. Остается неизвестно: он сам генерирует смертельные лучи или источник излучения в него встроен.
- Вода и земля лучи не пропускают. Поэтому для общей безопасности важно, чтоб объект оставался погруженным в жидкую питательную среду, - вмешался Мэтью, глянув из под лобья на Линдгрена.
- И в идеале, все время был под наблюдением специалиста, - добавила британка, тоже стрельнув глазами в майора.
Пауль насторожился. Интересно, господа агенты сами намыливались смыться с Эрлики, или только хотели пропихнуть своего человека с информацией в обход спецназовца.
- На этот счет мне указаний не было, - пожал плечами Линдгрен, изображая тугодума, - место в челноке ограничено.
Ривс с кислой миной проверил содержимое пустого стакана, а Маргарет побарабанила пальцами по подлокотнику кресла, глубоко вонзая наманикюренные ногти в обшивку.
- В прочем, - смиловался майор, понимая, что сопровождающий важному грузу не помешает, - мы потеряли одного бойца при высадки, так что одно место вакантно.
- Вот и хорошо, - растаяла британка, - обговорим это позже. Галанты давно не прилетали, время есть.
Линдгрен нахмурился. Неделя его устраивала, именно к этому сроку заместитель брался привести в порядок и подготовить к полету челнок из русского бункера. Но штатским, лучше не давать расслабляться.
— Пять дней, — отрезал майор, — а там посмотрим.
Ривс за столом выдохнул и потянулся к бокалам. Маргарет легким, небрежным жестом поправила прическу и снова закинула ногу на ногу.
Оставался последний маленький вопрос, который хотелось бы прояснить Линдгрен, как полномочному представителю Конфедерации.
— А что с русскими учеными, персоналом? Они здесь? — Спросил он.
Ривса, словно, шарахнуло молнией: лицо перекосилось, рука дрогнула и выпустила фужер. Бокал упал на пол. Британка поджала губы и зыркнула на Мэтью.
— Они все погибли при налете галантов, — выдавил из себя теперешний глава МОНИК и исчез под столом.
— Когда отправились оказывать помощь на берег после первого налета, — дополнила Коул и сложила ноги крестом.
— И на берегу никто не уцелел? — уточнил Пауль, наблюдая за реакцией агентов.
— Выжила небольшая кучка русских, но без металлов они быстро опустились до уровня первобытных людей, — пояснила Маргарет, облизнув накрашенные губы.
— Но МОНИК-русский проект, — удивился майор, — почему их не взяли сюда?
— Абсурд!
— Это невозможно!
В один голос вскричали Мэтью с британкой.
— Облучение галантов могло вызвать мутации и сделать выживших опасными для других, — затараторил Ривс, выныривая из под стола. — Мы, как руководители миссий, не мог подвергнуть такому риску граждан Конфедерации и Британии. А позже выяснилось, что русских аборигенов подмял под себя и запугал глава геологического центра Владимир Вересов. Это настоящий варвар и деспот!
Мэтью остановился перевести дух. В поле его зрения снова попала бутылка с виски. С трудом отведя от неё взгляд, само назначенный глава МОНИК продолжил:
— С этим мужланом совершенно невозможно вести цивилизованный диалог. Нам с большим трудом удалось уговорить его на небольшой обмен.
— Обмен? — поднял брови майор.
— Во имя гуманности мы делимся с русскими аборигенами лекарствами. А они поставляют нам материалы для опытов и время от времени оказывают услуги по сервисному осмотру технических систем, — пропела британка.
От мельтешения рыб в аквариуме клонило в сон, глаза слипались. Виски раскалывались. Мозг отказывался воспринимать информацию. Но Линдгрен с усилием вычленил главное: