Пришел сигнал с амфибии. Брюно Мартин связался с Операторской и запросил доступ в северный док. Это был условный сигнал, что поездка удалась. С плеч Мэтью свалилась гора. Снова захотелось выпить, но уже за успех. Однако расслабиться не получилось.
— Ваши люди объявились, — сообщил Линдгрен уже известное Ривсу. — Зачем им северный док?
— Ближе к лабораториям. В чем вы их подозреваете?! — оскорбился Мэтью.
— Моя задача пресекать проникновение посторонних на объект, — оскалился военный.
— Перекройте доступ в этот сектор. Все равно на время выгрузки положено вводить режим биокарантина, — принялся объяснять ученый муж, — на время распределения животных по лабораториям и ионизации помещений.
При упоминании карантина Пауль поморщился, но советом воспользовался. К удовольствию Ривса дверная панель – переборка отрезала дальний сектор от центральной части.
«То то же, дорогой, — усмехнулся про себя Мэтью, — и на тебя найдется управа»
Теперь можно было не боятся чужих глаз и действовать спокойно.
* * *
Утром к Ривсу в кабинет заявились члены администрации: сутулый, мощный, похожий на гориллу в мешковатой робе, Мартин Брюно со знойным красавцем – атлетом Сезаро Веласкесом и британец Кеннет Хаббард - технический директор комплекса, холодный и невозмутимый, как айсберг. Состав визитеров удивил и насторожил Ривса. Что могло быть общего у приятелей – здоровяков с «правой рукой» Маргарет Коул? К сухопарой главе британского сектора Мэтью всегда относился с известной долей настороженности. Союзники то – они союзники, но дамочка себе на уме.
Потоптавшись перед столом шефа, троица попросила выбить у командира десантников разрешение отплыть на берег за животными. Просьба ещё больше озадачила Мэтью. И он потребовал объяснений. В конце концов, зоопарк комплекса не пустовал, и ждать отбытия десантников оставалось сутки.
Посетители замялись, переглянулись. И горбоносый брюнет - Веласкес просветил шефа об открытии британки – толстухи Солли Кюре. Ученой даме удалось обнаружить в мозгу гигантских крысаков неизвестный вид паразитов-«симбиотов» - полип величиной до двух дюймов. Под его воздействием у животного менялись повадки, исчезали видовые инстинкты. Кюре внедрила в сам полип микрочип, применяемый в нейрохирургии, и электрическими импульсами смогла управлять им. Обратная пересадка уже закодированного паразита в мозг животного превратила крысу в управляемую игрушку. Опыты на селайских лемурах дали неплохой результат. И Толстая Солли, как её звали за глаза, горела желанием передать через союзников материалы цивилизованному сообществу. Но сначала хотелось довести эксперимент до конца. К сожалению, полипы больше одной пересадки не выдерживали и погибали при смене хозяина. Срочно требовалась новая партия крысаков хотя бы с одним или двумя паразитами для подстраховки.
— Крыс наловить несложно. Может и с кем-нибудь по крупнее повезет, — буркнул Брюно, зыркнув глубоко посаженными глазами.
— А не повезет Маракевичем обойдемся, — припечатал Сезаро.
— Как Маракевичем? — поразился Мэтью, выпрямившись в кресле.
— Эксперимент надо завершить. Пока военное здесь, — поспешил вмешаться Хаббард. — Аборигенов - техников трогать нельзя пока. Русский дайвер самый подходящий. Солли вживит ему полип, потом удалит. Считает, все обойдется.
— А если нет? — заерзал Ривс.
— Идея создать великую высококультурную нацию на Эрлике – Ваша, — напомнил британец и сложил руки на груди.
— Кто-то должен её обслуживать. Вам решать — припер он Мэтью к стенке.
Конфедерат заколебался. Вадим Маракевич - единственный, кто из старого персонала не рванул спасать людей на берег, и прижился при новых хозяевах МОНИК.
— Маракевич – оператор промышленного робота, — засомневался Ривс. — Он затаскивал артефакт в аквакар.
— Тем более, — заметил британец, — Не много ли знает?
— А если на русских нарветесь? — Испугался глава МОНИК.
— Наплетем о вирусе, карантине, повреждении кабеля, — пожал плечами Брюно и глянул мельком на бар. — Мол приплыли сообщить.
— Посидим сутки в заложниках. Не убудет, — поддержал Веласкес, зевнув.
— Хорошо. Я поговорю с майором, — поддался на уговоры Мэтью. Идея в правду, того стоила. Ради науки, дайвером можно было и пожертвовать.
* * *
Картинка на мониторе показала амфибию, выезжающую из воды на пирс. Брызги воды на экране казались россыпью драгоценных камней.Из катера вылезли Веласкис с Брюно. Началась выгрузка клеток. Контейнера, c копошившейся рыже - серой массой, выстроились в ряд в ожидании погрузчика.