Последние слова Аня почти выкрикнула, и эхо её голоса отразилось от книжных полок, заставив пламя свечей в старинных бронзовых канделябрах дрогнуть и взметнуться вверх, словно отвечая на её эмоции. Где-то в глубине библиотеки что-то зашуршало, будто в книге сама собой перевернулась страница, а из-за дальнего шкафа на мгновение выглянула крошечная фигурка, похожая на человечка с прозрачными стрекозиными крыльями, переливающимися всеми цветами радуги. Существо издало тонкий писк, похожий на звон хрустального колокольчика, и тут же скрылось, оставив после себя лишь слабое мерцание.
Юнлин как-то странно улыбнулась, словно её предположения полностью подтвердились. Золотистые глаза сверкнули, а уши чутко повернулись в сторону Ани.
– Ты уже начала понимать. Просто упрямо отрицаешь это, - она мягко коснулась книги, лежащей на столике. – Но нам пора идти завтракать. Разговор продолжим позже.
Встав одним плавным движением, кумихо направилась к лестнице, её хвост мягко покачивался в такт шагам. Пшеничные волосы, распущенные до лопаток, мягко обрамляли точёное лицо, подчёркивая необычный золотистый оттенок глаз. Простая белая рубаха свободного кроя была аккуратно заправлена в тёмные штаны, перехваченные на талии кожаным поясом с серебряной пряжкой в форме лисьей головы. Невысокие мягкие сапожки из тонкой кожи совершенно не издавали звуков при ходьбе, словно Юнлин парила над полом. Аня последовала за ней, невольно любуясь грацией хозяйки таверны и ощущая себя неуклюжей в сравнении с ней.
Юнлин провела Аню в обеденный зал, где уже собрались другие гости таверны. Утренний свет заливал помещение через высокие окна с витражными вставками, играя разноцветными бликами на отполированных до блеска дубовых столешницах. Воздух наполнился ароматами свежей выпечки, травяного чая и чего-то еще – сладкого и пряного одновременно, что невозможно было определить, но от чего рот наполнялся слюной.
– На пятый этаж и на кухню ходить запрещено, – начала перечислять Лиса, спускаясь по скрипучим ступеням, которые, казалось, приветствовали её тихим пением, – в погребе тоже опасно появляться без сопровождения. Ни называть, ни звать существ оттуда не стоит, они гостей не слушают и могут быть опасными.
Её голос звучал обыденно, словно она предупреждала о сломанной ступеньке или скользком полу, а не о таинственных созданиях, обитающих под таверной. Аня невольно вздрогнула, представив, что может скрываться в тёмных глубинах погреба.
– Так что... – Лиса как раз открыла дверь на кухню, поэтому её фраза оборвалась на полуслове.
Аня успела заметить мелькнувшие в полумраке тени и услышать странное шипение, от которого волоски на руках встали дыбом, а по спине пробежал холодок. В тусклом свете факелов она различила два силуэта с красной чешуйчатой кожей, переливающейся в отблесках огня подобно раскаленным углям. Один из них повернулся к двери, и девушка с ужасом увидела абсолютно черные глаза с горящими алыми зрачками. Существо оскалилось, демонстрируя три ряда острых как иглы зубов, и издало шипящий звук, похожий на звук кипящего масла. Когтистые трехпалые лапы сжимали что-то похожее на огромную поварешку, вырезанную из цельного куска обсидиана. Юнлин что-то сказала "поварам" на непонятном языке – гортанные звуки, похожие на шелест листьев и потрескивание костра, перемежающиеся с мелодичными нотами – после чего вернулась к гостье, не забыв плотно прикрыть дверь.
– Скоро еда будет готова, – улыбнулась хозяйка. – А пока располагайся. Я принесу завтрак, как только он будет готов. Не беспокойся о моих помощниках – они выглядят устрашающе, но их кулинарные таланты славятся на всю Элистрию.
Она грациозно скользнула обратно к кухне, а Аня присела за указанный стол, пытаясь унять дрожь после увиденного. Деревянная столешница была отполирована до блеска бесчисленными прикосновениями, а на её поверхности виднелись причудливые узоры – то ли естественные прожилки древесины, то ли намеренно вырезанные символы. В углу зала беседовали двое высоких мужчин с заостренными ушами и удлиненными чертами лица, одетые в дорожные плащи цвета осенней листвы, украшенные серебряной вышивкой в виде сплетающихся ветвей и звезд. Их голоса звучали как мелодичный перезвон хрустальных колокольчиков. За соседним столиком восседало существо, напоминающее огромную черепаху с панцирем, инкрустированным драгоценными камнями, медленно потягивающее что-то дымящееся из каменной чаши, удерживаемой перепончатыми лапами. Морщинистое лицо с мудрыми глазами цвета морской волны выражало безмятежное спокойствие. Никто из них не обращал на девушку особого внимания, словно путники из других миров были здесь обычным делом, как туристы в придорожном кафе.