Лар, увлечённый своими попытками, ничего не заметил. Увидев внезапно появившийся огонёк, он воспринял его как результат собственных усилий. Улыбка озарила лицо юного рыбака, когда он поднял взгляд на Аню, явно ожидая похвалы за проявленное мастерство.
– Видела? Я умею разводить огонь быстрее всех мальчишек в деревне! – с нескрываемой гордостью заявил он, бережно подкладывая в растущее пламя веточки.
Аня растерянно кивнула, не в силах оторвать взгляд от своей ладони, где узор вновь стал едва заметным, словно ничего и не произошло. Неужели она только что использовала... магию? Или это просто совпадение? Мысли лихорадочно метались в голове, пока она механически хвалила мальчика за его умение.
– Да, очень... впечатляюще, – пробормотала она, пытаясь осмыслить случившееся. Слова Санари о метке и её возможностях приобретали теперь совершенно новое значение.
Вскоре нанизанные на тонкие зеленые прутья рыбешки прожарились над костром, распространяя по поляне аппетитный аромат. Золотистая корочка покрывала нежное белое мясо, а сок, капающий в огонь, создавал ароматный дымок. Мальчик уверенным движением снял импровизированные шампуры с огня и с церемонной важностью протянул один из них Ане.
– Держи, угощаю! – добродушно произнес он с той особой гордостью, которую испытывает человек, делящийся плодами собственного труда. Не дожидаясь ответа, он принялся уплетать свою порцию, поочередно дуя на горячие кусочки и смешно ойкая, когда все-таки обжигался. Его лицо светилось неподдельным удовольствием, а щеки были измазаны рыбьим жиром.
– Спасибо, Лар, – искренне поблагодарила девушка, принимая угощение. Она осторожно отломила небольшой кусочек и попробовала. На вкус это была вполне привычная земная рыба — нежная, с легким ароматом дыма. Ничего волшебного или исцеляющего она не почувствовала, но решила не разочаровывать мальчика своими наблюдениями.
– Кости надо собрать потом и закопать у воды, – наставительно произнес Лар. Он методично складывал мелкие косточки в кучку, и делал это с такой серьезностью, словно выполнял важнейший ритуал.
– Это еще зачем? – удивилась Аня, машинально повторяя его действия.
Мальчик посмотрел на нее с таким изумлением, будто она спросила, зачем нужно дышать.
– Чтобы рыба переродилась и не пропадала! – объяснил он тоном терпеливого учителя, обращающегося к особенно непонятливому ученику. Облизывая пальцы, измазанные в рыбьем жире, он добавил с нескрываемым превосходством: — Вы в своем городе таких элементарных вещей не знаете?
Аня едва сдержала улыбку.
– У нас... немного другие обычаи, – дипломатично ответила она, не желая разрушать его уверенность в своей правоте. – Но твой способ мне нравится больше. Это ведь проявление уважения к природе, да?
Лар просиял, довольный тем, что городская жительница признала мудрость его деревенских традиций. Он торжественно кивнул, подтверждая ее догадку. Потушив костер, они вернулись к ручью. Мальчик показал и объяснил, где нужно выкопать ямку.
– А ты пока принеси несколько пригоршней воды и полей сверху, – распорядился Лар с серьезностью верховного жреца, завершающего важный ритуал. Он аккуратно разгреб землю у корней ближайшего куста и бережно положил все рыбьи косточки в неглубокую ямку.
Аня послушно направилась к ручью, оставив мальчика завершать приготовления. Опустившись на одно колено у кромки воды, она сложила ладони лодочкой и погрузила их в прохладную воду. В тот же миг мерцающие частицы, растворенные в воде, словно ожили и потянулись к ее рукам, образуя крошечный сверкающий вихрь вокруг пальцев. За спиной раздался испуганный вскрик Лара. Аня обернулась и увидела, что мальчик застыл, широко раскрытыми глазами глядя на светящуюся воду в ее руках.
– Ты из одунов? – с неприкрытым ужасом в дрожащем голосе произнес мальчишка. Он начал медленно пятиться, словно оказался лицом к лицу с диким зверем. – Не ешь меня, пожалуйста!