– Вы... хорошо знаете этот мир?" – спросила она, осторожно подбирая слова и решив, что прямой вопрос об "одунах" может быть слишком рискованным и выдать её неосведомлённость.
– Этот мир? – незнакомец изогнул идеально очерченную бровь, и на его тонких губах появилась лёгкая улыбка, в которой читалось что-то среднее между любопытством и снисхождением. – Интересная формулировка. Полагаю, вы не местная?
В его голосе не было угрозы, скорее любопытство, но Аня всё равно напряглась. Незнакомец грациозно опустился в кресло напротив, не дожидаясь приглашения. Движения его были почти кошачьими, без единого лишнего жеста — так двигаются люди, абсолютно уверенные в своём теле и месте в мире. Книга привлекла его внимание, и он слегка наклонился вперёд, чтобы лучше разглядеть обложку. Тонкий аромат неизвестных Ане специй и чего-то, напоминающего озон перед грозой, достиг её обоняния.
– Профессор Шин, значит? – в голосе остроухого промелькнула едва заметная нотка иронии, словно он говорил о наивном, но безобидном чудаке. — Весьма... официальная версия истории. Впрочем, для первого знакомства с Элистрией вполне подойдёт.
Мужчина слегка наклонил голову, разглядывая Аню с нескрываемым любопытством, как энтомолог изучает редкую бабочку – с восхищением, но без тени смущения или неловкости. Его взгляд, казалось, проникал в глубины сознания, считывая то, что она пыталась скрыть.
– Меня зовут Эндар Нимир, к вашим услугам, – он сделал лёгкий жест рукой, напоминающий полупоклон, исполненный природного изящества. Серебряные кольца на его пальцах тускло блеснули. — А вы, должно быть, та самая гостья из другого мира, о которой упоминала Юнлин? Редкое явление в наши дни.
Его последние слова повисли в воздухе, словно приглашение к танцу или дуэли — Аня не могла определить наверняка. Она лишь осознавала, что разговор принимает опасный оборот, и что собеседник знает гораздо больше, чем показывает.
Аня не могла решить, стоит ли доверять этому странному аристократу с его проницательным взглядом и безупречными манерами. С одной стороны, похоже, он знал о её происхождении и не выказывал явной враждебности или намерения немедленно сдать её властям. С другой — после прочитанного о строгих магических законах и жестоких наказаниях девушка не могла не задаться вопросом, не связан ли он каким-то образом с этой загадочной Гильдией, чей контроль, судя по книге, был повсеместным.
– Меня зовут Аня. Да, я... не отсюда, – осторожно подтвердила она, инстинктивно сжимая пальцы на корешке книги. – И пытаюсь понять, как здесь всё устроено. Особенно после того, как напугала одного местного мальчика, сама того не желая.
Она помедлила секунду, взвешивая слова, и решила рискнуть:
– Он назвал меня... одуном. Я не нашла об этом информации в книге.
Что-то промелькнуло в глазах Эндара – искра интереса, смешанного с настороженностью. Он откинулся на спинку кресла, его пронзительные синие глаза на мгновение сузились, словно он пересматривал своё первоначальное мнение о ней. Длинные изящные пальцы легко забарабанили по подлокотнику кресла в неуловимом ритме. Нимир бросил быстрый, но внимательный взгляд по сторонам библиотеки, словно проверяя, не подслушивает ли кто-то их разговор, Аня невольно последовала его примеру. Пыльные лучи полуденного солнца пронизывали пространство между книжными шкафами, но помещение казалось пустым.
– Одун... – произнёс он тихо, почти шёпотом, и само слово в его устах прозвучало как-то иначе – не с испугом, как у мальчика, а с оттенком чего-то, похожего на уважение. – Неудивительно, что вы не нашли этого в официальной истории профессора Шина. Гильдия тщательно следит за тем, чтобы некоторые... термины не попадали в общедоступные источники.
Эндар неуловимым движением расстегнул верхнюю пуговицу своего камзола, словно ему вдруг стало душно.
– Видите ли, после Катастрофы все формы магии были взяты под строжайший контроль. Гильдия Магов получила монополию на обучение и практику. Но... – остроухий сделал паузу, внимательно изучая реакцию Ани, словно проверяя, достойна ли она услышать продолжение, — не все согласились с таким порядком вещей.
В библиотеке внезапно стало очень тихо, словно сам воздух затаил дыхание. Даже шум с улицы, казалось, стих. Эндар наклонился ближе, и аромат озона и неведомых специй стал сильнее. Он понизил голос до едва различимого шёпота, заставляя Аню тоже податься вперёд, чтобы расслышать:
– Одуны – это те, кто практикует магию вне контроля Гильдии. Самоучки, отступники, хранители древних традиций... Те, кто верит, что магия – это не инструмент, который можно запереть в клетку правил, а живая сила, текущая в самой крови мира. В глазах простых людей они опасны и непредсказуемы. В сельских районах матери до сих пор пугают непослушных детей историями о том, как одуны похищают малышей для своих тёмных ритуалов или обращают в камень тех, кто осмелится перейти им дорогу.