– Воздух – самая неуловимая и свободолюбивая из всех из стихий. Мы не видим его, но легко можем ощутить его присутствие. Он везде и нигде одновременно. И чтобы познакомиться с ним, тебе самой нужно стать чуточку воздухом — лёгкой, текучей и свободной.
Она показала Ане, как лучше встать для этого упражнения – прямо, с расправленными плечами, но полностью расслабленно, с руками, свободно опущенными вдоль тела, ладонями, развёрнутыми вперёд, словно в приглашающем жесте. Лёгкий вечерний ветерок, словно отзываясь на их разговор, усилился и теперь игриво перебирал их волосы, будто невидимый музыкант, настраивающий струны перед важным концертом.
– Закрой глаза и дыши. Медленно и глубоко. Почувствуй, как воздух проникает внутрь тебя с каждым вдохом и покидает с каждым выдохом. Осознай эту удивительную истину – ты и есть воздух, ты – его естественное продолжение в материальном мире, а он – твоё продолжение в мире стихийном. Вы неразделимы, вы всегда были единым целым.
Аня последовала этим словам, полностью сосредотачиваясь на дыхании. Вдох – прохладный, наполненный ароматами ночи воздух медленно наполняет лёгкие, расширяя грудную клетку. Выдох – тёплый воздух, ставший на мгновение частью её существа, плавно возвращается в окружающий мир, унося с собой частицу её энергии. С каждым циклом дыхания она всё отчётливее чувствовала, как жёсткие границы физического тела становятся всё менее определёнными, размываются, словно контуры акварельного рисунка под каплями воды. Словно её кожа становится проницаемой для потоков воздуха, которые теперь не просто обтекали тело снаружи, но свободно циркулировали сквозь него, создавая удивительное ощущение лёгкости и почти невесомости.
Внезапно Аня осознала, что может чувствовать движение каждого потока воздуха вокруг – от мощного восходящего течения над нагретыми за день камнями до едва заметного завихрения за её собственной спиной. Всё пространство вокруг внезапно предстало перед её внутренним взором как сложнейшая, постоянно меняющаяся сеть невидимых течений и потоков, танцующих в бесконечном космическом балете.
– Медленно подними руки перед собой, ладонями друг к другу, и почувствуй танец ветра между ними, – голос Юнлин доносился откуда-то со стороны, словно сквозь плотную вату или толщу воды, размытый и нечёткий, но всё же различимый.
Неспешно подняв руки, девушка сосредоточилась на ощущениях. Почти мгновенно она почувствовала, как воздух между её ладонями начал меняться – словно уплотняться, сгущаться, становясь почти осязаемым, приобретая вес и субстанцию. Возникло удивительное ощущение, будто в руках она держит невидимый, но вполне реальный мяч, пульсирующий, вибрирующий и определённо живой. Он словно дышал в такт с ней, то расширяясь, то сжимаясь, передавая ей свои невидимые, но ощутимые вибрации.
Всё шло удивительно гладко и естественно, будто она всю жизнь практиковала это упражнение, когда внезапно, без всякого предупреждения, в её сознание ворвался до ужаса знакомый потусторонний шёпот, леденящий кровь и заставляющий волосы на затылке встать дыбом:
«Мы близко, мы видим тебя. Ты не скроешься»
Голос был не просто в её голове – он, казалось, звучал отовсюду одновременно, проникая сквозь кожу, вибрируя в костях, резонируя с каждой клеткой тела. Ветер, словно испуганный этими зловещими словами или, что ещё хуже, отзываясь на них, внезапно изменил своё поведение. Он резко вырвался из-под контроля, выскользнул из рук девушки, взвился спиралью вокруг неё и с неожиданной силой врезался в её тело, отбрасывая назад и безжалостно сшибая с ног, словно разъярённый невидимый великан.
Аня ничего не успела сообразить – всё произошло за доли секунды. Она почувствовала, как ноги отрываются от земли, а затем последовал болезненный удар о твёрдую каменистую поверхность. Из лёгких мгновенно выбило весь воздух, словно кто-то нанёс сокрушительный удар в солнечное сплетение, а от резкого контакта с землёй в глазах вспыхнули яркие звёзды, сменившиеся тревожной темнотой. Всё тело пронзила острая боль, особенно сильная в области затылка и правого бока, которыми она приняла основной удар. На мгновение мир вокруг перестал существовать, сузившись до пульсирующей точки агонии и нехватки кислорода. Она судорожно пыталась вдохнуть, но лёгкие словно забыли, как работать, а рёбра отзывались болью на каждую попытку расширить грудную клетку.
Где-то на периферии сознания она услышала встревоженный крик Юнлин и звук торопливых шагов, приближающихся к ней, но всё это казалось нереальным, словно происходящим в другом измерении. Гораздо более реальным был тот жуткий шёпот, который, казалось, всё ещё звучал вокруг, смешиваясь с внезапно усилившимся завыванием ветра.